Успехи и провалы: за что критикуют топ-менеджеров Нацбанка

Сергей Фурса: «Если приезжают инвесторы, кредиторы, то Нацбанк показывают прежде всего, потому что это — один из немногих институтов, работают нормально». (Фото Юлии БЕРЕЗОВСКОЙ. Пресс-центр НБУ.)

Относительная стабильность валютного рынка Украины, которая установилась в последнее время, обусловлена рядом факторов как внешнего, так и внутреннего характера. «Апостроф» выяснил, какова в этом роль Национального банка, справедливая критика в адрес его руководства, а также чего больше в работе регулятора — достижений или просчетов.

На валютном рынке Украины установилась стабильность. Несмотря на незначительные колебания, практически с самого начала 2019 года курс доллара держится плюс-минус около отметки 26 гривен. Устойчивость нацвалюты, как ранее писал «Апостроф», обусловлена целым рядом факторов, среди которых, в частности, — благоприятная ценовая конъюнктура на мировых рынках для украинского экспорта, что обеспечивает поступление в страну иностранной валюты, а также массовая скупка нерезидентами отечественных облигаций внутреннего государственного займа (ОВГЗ), для приобретения которых инвесторы заводят в Украину валюту.

Однако есть и другие причины, способствующие стабилизации отечественной валюты. Среди которых одно из первых мест занимает грамотная политика Национального банка Украины (НБУ). В частности, регулятор во главе с Яковом Смолием и его первым заместителем Екатериной Рожковой вот уже несколько лет проводит постепенную либерализацию валютного рынка. И последним шагом в этой сфере стала отмена с 20 июня этого года обязательной продажи бизнесом валютных поступлений — до этого действовала требование продавать на межбанке 30% валютной выручки, а еще раньше — 50%. Нацбанк также достаточно умело отстаивает позиции государства в деле против бывших владельцев национализированного в конце 2016 года «Приватбанка». При всей неоднозначности, так называемое «очищение» банковской системы также имело положительный эффект.

Повод для критики

Но, надо признать, в адрес топ-менеджмента НБУ звучит много критики. В частности, от бывших вкладчиков обанкротившихся банков, которые не смогли вернуть свои «сгоревшие» депозиты в этих банках или получили их не в полном объеме. Так, в течение нескольких лет под стенами здания Нацбанка в центре Киева с завидным постоянством собирались десятки, а иногда и сотни людей, которые утверждали, что они являются жертвами банковского произвола (среди «обманутых вкладчиков» на самом деле оказывалось много проплаченных «профессионалов», да и сами протесты со временем превратились в чистой воды профанацию).

Больше других от критиков доставалось Валерии Гонтаревій, который возглавлял НБУ в 2014-2018 годах (Верховная Рада уволила Гонтареву в марте 2018 года, при том, что она официально подала прошение об отставке в апреле 2017-го, после чего самоустранилось от выполнения обязанностей руководителя центробанка). После ее ухода от дел «народное возмущение» переориентировалось на Екатерину Рожкову (в 2015-2016 годах она возглавляла департамент банковского надзора НБУ, с 2016 года была заместителем, а с июня 2018-го — первым заместителем председателя Нацбанка). Первым заместителем Рожкова стала по предложению назначенного незадолго до этого руководителем НБУ Якова Смолия. Сам Смолий пришел на работу в Нацбанк в апреле 2014 года, а настоящим руководителем центробанка он стал в мае 2017 года.

Пример для других

Но насколько справедливы претензии к руководству регулятора?

Специалист отдела продаж долговых ценных бумаг инвестиционной компании Dragon Capital Сергей Фурса отметил в разговоре с «Апострофом», что критика в адрес Екатерины Рожковой идет, в основном, со стороны бизнесмена Игоря Коломойского, бывшего совладельца «Приватбанка», который он теперь хочет себе вернуть или, скорее, получить за него денежную компенсацию, усиливая на нее давление. «Это — личная месть за «ПриватБанк», потому что она вела проект (национализации) «Приватбанка», — пояснил Фурса.

Что касается в целом команды, которая вот уже несколько лет находится у руля Нацбанка, то, по его словам, следует отметить такие достижения, как переход к инфляционному таргетированию, гибкий валютный курс — «это работает, так, как мы видим, курс не держат, но гривна остается стабильной». Кроме того, к плюсам работы команды можно отнести очищение банковской системы, реформу самого регулятора, «переход к нормально функционирующей банковской системы». «Если приезжают инвесторы, кредиторы, то Нацбанк показывают прежде, потому что это — один из немногих институтов, работают нормально», — сказал эксперт.

По словам главного эксперта совета НБУ Виталия Шапрана, обманутым вкладчикам, вероятно, сложно объективно оценить работу регулятора. Но достаточно вспомнить, в каком тяжелом состоянии досталась банковская система в нынешнем менеджмента Нацбанка.

«Я считаю, что за последние несколько лет главными достижениями НБУ: удержание финансовой стабильности, обеспечения снижения инфляции и, конечно, реформа банковского надзора. Еще можно сказать, что НБУ за эти годы стал более прозрачным — для банков и для общества, что отмечено даже иностранными СМИ и рейтингам», — сказал он в комментарии изданию.

Есть над чем работать

Но было бы ошибкой утверждать, что все в работе руководства Нацбанка гладко и безошибочно.

«Возможно, более разумно либерализовать валютный рынок. Они (руководители Нацбанка) и так сделали много, но (нужна) либерализация, прежде всего, валютных торгов — у нас до сих пор нет валютной бирже. Этот рынок можно сделать более прозрачным, чтобы это было не только под монополией банков, а чтобы все могли выходить и торговать валютой», — считает Сергей Фурса. Что касается жалоб банкиров (звучащие в основном, по понятным причинам, неофициально) о чрезмерной, по их мнению, придирчивость надзорных органов регулятора, то, по словам специалиста, «усиление финансового мониторинга, нравится это кому или нет, является глобальной тенденцией». «Финмониторинг и жесткое доминирование комплаенса — сейчас мировой тренд», — сказал Фурса.

В свою очередь, финансовый эксперт Алексей Кущ считает, что основной претензией, которую предъявляют Нацбанка, является то, что «Украина постепенно потеряла монетарный суверенитет». «Сейчас наша монетарная политика формируется под влиянием протоколов «лечение», которое прописывается в Международном валютном фонде (МВФ)», — заявил он «Апострофу». По его словам, такая модель предусматривает постепенное сжимание внутренних активов в национальной валюте, а с другой стороны — наращивание золотовалютных резервов центрального банка для возврата внешних долгов. Согласно этой модели, «у нас произошла демонетизация экономики — экономика лишилась внутренних финансовых ресурсов, и, фактически, Национальный банк «задушил» экономический рост, которое могло бы быть как минимум вдвое выше, чем сейчас (в 2018 году ВВП вырос на 3,3%, в 2019 году прогнозируется рост менее 3%. — «Апостроф»), — рассказал эксперт.

Еще одной проблемой является ограничение деятельности платежных систем. «Технологически у нас не все так плохо, развитие банковских технологий, в частности платежных систем, находится на уровне среднестатистической развивающейся страны.

Но политика Национального банка была ошибочной в том плане, что он должен был устранить свое влияние на открытие этого рынка для иностранных, глобальных участников. Национальный банк так до сих пор и не принял условия глобального финансового мира, условия того фінтеху, который формируется в других странах. Он продолжает жить в парадигме административного регулирования 1990-х годов. В частности, это проявляется в том, что тот же PayPal, который был создан выходцем из Киева (Макс Левчин родился в Киеве в 1975 году, с 1991 года живет в США. — «Апостроф») и на сегодня является одной из самых популярных систем в мире, работает у нас в очень ограниченном формате.

Это — рудимент старого административного мышление, которое активно стимулируется теми участниками рынка, которые хотят его контролировать. Поскольку рынок не очень емкий, то никто не хочет здесь видеть глобальных игроков. Этот лоббизм будет процветать и дальше, пока не изменится сама идеология центрального банка, пока не пройдет реформа по распределению функций надзора, монетарного регулирования — как это произошло в Европе», — резюмировал Алексей Кущ.

Украине нужен СПЛИТ

Отдельно следует сказать о регулировании деятельности небанковских учреждений. Этот вопрос призван решить законопроект «О внесении изменений в некоторые законодательные акты Украины относительно консолидации функций с государственного регулирования рынков финансовых услуг», известный в профессиональных кругах как «законопроект о СПЛИТ» . Документом, в частности, предусматривается передача НБУ ряда полномочий Национальной комиссии, осуществляющей государственное регулирование в сфере рынков финансовых услуг, связанных с регулированием деятельности определенных небанковских финансовых учреждений, в частности страховых компаний. Законопроект поддерживает Независимая ассоциация банков Украины, которая объединяет около 95% активов всей банковской системы страны. Кроме того, не лишним будет напомнить, что принятие этого документа является одним из обязательств Украины в рамках Соглашения об ассоциации с Европейским Союзом. И ЕС уже неоднократно призывал нашу страну как можно скорее принять.

Но законопроект, поданный в парламент еще в 2015 году, принят пока только в первом чтении — ровно три года назад, в июле 2016-го. С тех пор никаких движений по этому вопросу не делается. Учитывая то, что нынешний состав Верховной Рады дорабатывает, в буквальном смысле, свои последние дни, принятие данного законопроекта станет одной из неотложных задач для народных избранников, которые придут на работу в украинский парламент после выборов 21 июля. И будет очень хорошо, прежде всего для страны и ее граждан, если эта задача будет ими выполнено, причем без проволочек, которые позволили себе их предшественники.

Виктор АВДЕЕНКО

(Интернет-издание «Апостроф»)

Share