Террористический интернационал

Терористичний інтернаціонал

Почему терроризм глобализируется и чем это угрожает мировой безопасности

В развитых странах уже научились бороться с террористическими организациями. По крайней мере об этом свидетельствует количество раскрытых террористических заговоров. Так, за последние два года в Великобритании было обнаружено и обезврежено 19 таких заговоров. По словам Саджид Джавида, министра внутренних дел Великобритании, 14 из них были джихадистскими, 5 связаны с праворадикалами. В США только 15 из 121 террористического заговора, произошедших в 1993-2017 годах, оказались полностью успешными (данные мониторинга Comparing Failed, Foiled, Completed and Successful Terrorist Attacks). Другие были своевременно вскрыты преимущественно из-за утечки информации о намерениях теракта или же работу информаторов в рядах террористов.

Профессор Пол Пиллар из Джорджтаунского университета объясняет слабость террористических организаций на Западе тем, что они оставляют много следов для разведки. Опытный ветеран ЦРУ Пиллар приводит два основных метода поиска террористов в Соединенных Штатах. Это радиоэлектронная разведка, или SIGINT (от signals intelligence), и HUMINT (от human intelligence). Первый метод заключается в сборе информации, которая передается через все возможные средства радио — и электронной коммуникации (например, телефоны или мессенджеры). Второй охватывает всю информацию, источником которой может быть человек. Это и классический шпионаж, и допросы, и работа агента под прикрытием. Оба эти методы очень эффективно работают именно против организаций. Деятельность ни одной террористической организации невозможна без определенного набора обязательных составляющих, как вербовка и тренировка членов, поиск и распределение ресурсов, коммуникация внутри и вне организации. И каждая из них продуцирует целую кучу «отпечатков»: электронных, информационных, биологических и тому подобное. Именно эти «отпечатки» и дают возможность найти и обезвредить организацию.

Радикальная децентрализация

Эту слабость хорошо осознают сами террористы. Еще в начале 2000-х один из ключевых стратегов и идеологов «Аль-Каиды» Абу Мусаб ас-Сури обосновывал необходимость отказаться от централизованных подпольных организаций в пользу децентрализованных автономных групп. В своей работе «Выход из кризиса» ас-Сури уверял поклонников, что «не могут ни сейчас имеющиеся, ни будущие организации свергнуть правительства их стран с помощью тайной организации, которая ведет борьбу в рамках классической системы: когда есть тайная организация с пирамидальной иерархической структурой, которой руководит амир (командир), что находится в подполье». Вместо этого он предлагал использовать группы, которые «не образуют общую организацию, не дают себе имена, не имеющие ни единой методики, ни общего амира, ведь с ним они станут иерархической организацией, которая будет легко ликвидирован спецслужбами в результате задержания нескольких членов».

Две крупнейшие теракты в США после атаки 11 сентября совершили именно одиночки. В 2016 году посетителей гей-клуба в Орландо расстрелял приверженец «Исламского государства» Омар Матин (49 убитых). А в 2017-м в Лас-Вегасе Стивен Педдок расстрелял толпу зрителей музыкального концерта, убив 58 человек. В Израиле на смену атакам смертников из рядов «Бригад Изз ад-Дина аль-Кассама» пришли нападения вооруженных ножами женщин и подростков. В России место уничтоженного батальона «Риядус-Салихин» заняли дети и смертники-одиночки. И успехи спецслужб в раскрытых террористических заговоров, и призывы лидеров террористов быть осторожнее и больше внимания уделять безопасности, и тенденция к увеличению атак террористов-одиночек в США и Европе будто подтверждали выводы ас-Сури. Но террористы не собираются отказываться от организаций, профессионально вышколенных боевиков и масштабных заранее спланированных нападений.

Рациональный выбор слабых

Еще в 1980-х годах исследовательница Марта Креншоу в работе «Причины терроризма» доказывала, что в основе решения организации взяться за террористические методы борьбы лежит сознательный политический выбор. «Когда группа осознает, что варианты для нее ограничены, терроризм привлекает именно своей относительной дешевизной и простотой, а также тем, что потенциальный радость от его использования высокий», — пишет Креншоу. Терроризм, по мнению исследовательницы, помогает таким организациям в решении двух ключевых задач. Во-первых, ответить на репрессии со стороны властей в условиях, когда нет других легальных средств. Во-вторых, привлечь к себе внимание и получить поддержку со стороны определенной группы, которую они считают «своей». За Креншоу, группы, которые хотят «деморализовать правительство, получить поддержку народа, спровоцировать насилие со стороны режима, вдохновить последователей или доминировать в более широком движении сопротивления, слабые к режиму и нетерпеливые действовать, часто считают терроризм рациональным выбором». Если согласиться с этим утверждением о рациональности выбора терроризма, тогда логично, что каждая такая организация будет искать самых эффективных средств для реализации стратегии терроризма. Проще говоря, то, что лучше привлекает внимание, запугивает и провоцирует, для террористов имеет большее значение.

2015-го американская исследовательница терроризма Ворчу Пинар Алакок с Вебстерського университета проанализировала атаки террористов-смертников, которые были совершены в 1970-2010 годах. Она пришла к выводу, что, «несмотря на текущий рост нападений террористов-одиночек, террористические организации остаются наиболее организованными, ресурсными и эффективными исполнителями терактов». Участие организации в подготовке атаки смертника, по заключению исследовательницы, существенно увеличивает летальность этого нападения. Нападение террориста-смертника, который действует самостоятельно, без помощи организации, в среднем приводит к гибели девяти человек. Нападение террориста-смертника, которого подготовила организация, — к гибели 14 человек. Таким образом, организации убивают больше одиночек, а для террористов, которые всегда ищут максимально разрушительную из доступных оружие, критерий летальности является одним из ключевых. Кроме того, организации оказывают террористам такие преимущества по сравнению с действиями одиночек, как системность, гибкость и большая продолжительность эффекта, полученного от нападения. В отличие от одиночек, приступы которых могут быть спонтанной реакцией на определенный раздражитель, например заявление определенного политика или нападение на членов своего сообщества, организации тщательно готовят каждую сделку, что является элементом большей кампании.

Удаленное управление

Ярким примером является деятельность такой секретной службы в структуре «Исламского государства», как «Амніят аль-Харидж». Она специализируется на подготовке террористов для организации и выполнения нападений за пределами «халифата». Относительно свежим примером ее работы является неудачная попытка теракта в Ливане. В декабре 2018-го Информационным отделом Сил внутренней безопасности Ливана благодаря работе подставного агента была раскрыта сеть террористов «Исламского государства», которой руководил оперативник «Амніяту» с территории провинции Идлиб в Сирии. Показательно, что, находясь в другой стране, террорист сумел организовать доставку в Ливан готовых к использованию самодельных взрывных устройств (один из которых весил более 4 кг) и видеоинструкций по их активации. Подготовка к теракту шла несколько месяцев и включала сбор информации о потенциальных мишени (по плану, ими должны были стать местные христиане), налаживание курьерской канала доставки (бомбы, спрятанные в больших кусках обычного сыра, передавались через такси) и координацию непосредственной подготовки атаки. И хотя теракта удалось предотвратить, уровень организации и системность, с которой работали террористы с территории другой страны, заставили ливанских силовиков бить тревогу. Работа таких координаторов очень похожа к тому, чем занимаются сотрудники ФСБ и кадровые российские военные на Донбассе. Они не только воюют, а также вербуют, организуют других, обеспечивая их всем необходимым для совершения терактов, координируют их действия и выбирают мишени нападения. Если нужно, они отправляют своих специалистов в качестве инструкторов и командиров. Отличие лишь в том, что «Исламское государство» в случае удачного теракта берет на себя ответственность.

Гибкость — другое преимущество террористических организаций. Наличие хорошо натренированных и мотивированных бойцов дает возможность быстро менять в случае необходимости методы борьбы. Примером является террористическая кампания по уничтожению урожая в Ираке, где в течение мая этого года террористы поджигали с помощью самодельных взрывных устройств фермерские угодья и сады местных жителей, которые отказывались сотрудничать. Масштабы кампании заставили власти Ирака использовать военные подразделения для охраны полей. Другой пример — технологические инновации, изобретенные террористами. Имея ресурсы и кадры, организации могут создавать совершенно новые виды вооружения, например боевые квадрокоптери, или основывать новые тактические приемы, как использование смертников.

Наконец, террористические организации, в отличие от одиночек, обеспечивают длительный информационное сопровождение терактов. Специально обученные люди готовят пресс-релизы, монтируют видео, распространяют в социальных сетях информацию о нападениях. Члены и сторонники террористов выстраивают целые медиа-империи в социальных сетях, с которыми очень трудно бороться. Например, сторонники и члены «Исламского государства» после введения жесткой политики в отношении экстремистского контента администрациями Twitter и Facebook, перенесли свою активность в Telegram. Результаты проведенного автором исследования показали, что террористы создали в Telegram сложную, многоуровневую, а главное — очень стойкое к противодействию структуру по распространению информации. Им удается не только на протяжении нескольких дней восстанавливать все удаленные администрацией Telegram каналы, но и создавать новые. Именно через Telegram происходило вербовки членов «Исламского государства» и распространение новостей от ее официального агентства Amaq Agency. Через Telegram и другой зашифрованный сервис Threema общались террористы, которые устроили теракты на Шри-Ланке в апреле 2019-го.

Угроза для неподготовленных стран

Приведенные выше преимущества существования организации для террористов убеждают в том, что в ближайшем будущем вряд ли советы Абу Мусаба ас-Сури будут взяты во внимание. Хотя использование террористов-одиночек привлекает внимание СМИ, провоцирует панику в обществе и отвлекает ресурсы государства от борьбы с организациями, все же последние будут оставаться приоритетом в стратегии террористов. Просто использовать их там, где для этого будут благоприятные для террористов условия. Пока международное сообщество пытается договориться, какую организацию и в какой стране считать террористами, сами террористы уже давно поняли все преимущества глобальной кооперации. Мы можем наблюдать, как сегодня на наших глазах формируется новый террористический интернационал, что не привязан ни к определенной территории, ни к определенной идеологии.

«Исламское государство», ключевая движущая и организующая сила этого интернационала, в своей пропаганде и деятельности уже давно вышла за рамки дискуссии «ближнего — удаленного противника». Напомним, что ранее между джихадистами шли ожесточенные дискуссии о том, против кого нужно воевать в первую очередь. В лагере их «националистов» утверждали, что сначала нужно свергнуть национальное правительство и создать собственное государство, а затем бороться против мирового порядка. В лагере «интернационалистов», наоборот, убеждали в том, что прежде всего нужно свергнуть Запад/США, а потом уже добить ослабленные потерей поддержки национальные правительства. «Исламское государство» предложила новый подход, согласно с которым воевать надо против всех и повсюду. Даже если в какой-то стране нет у власти ни «муртадів» (отступников), ни американских военных баз, ни межконфессионального конфликта или угнетение мусульман, все равно эта страна может и должна быть атакована. В каждой государстве мира при желании террористы смогут найти «насара» (христиан), «яхудів» (иудеев) или «мушріків» (язычников), чтобы оправдать свое террористическое нападение.

Идеология в этом случае играет утилитарную роль: обосновать желание террористов напасть на незащищенную страну. Там, где силы безопасности и правительство готовы к борьбе против подполья и заговорщиков, террористы будут атаковать через использование радикализируемых одиночек-сторонников. Там, где власть будет игнорировать террористическую опасность, они будут формировать подполье для подготовки масштабных и громких нападений. Однако в обоих случаях главную роль будет играть именно организация, которая будет иметь в своем распоряжении хорошо вышколенных, мотивированных и готовых к решительным действиям профессиональных террористов. В 2014 году один канадский гражданин, который добровольно вступил в ряды «Исламского государства», попал на секретную встречу, которую проводили кадровые террористы из «Амніяту». На ней обсуждали планы нападений на страны Запада. Позже, уже в интервью журналистке The New York Times, он вспоминал следующее: «Там было много таких. Были люди из Австралии, Британии, Бельгии, Франции. А также из Средней Азии, пара американцев, три или четыре канадца. Они говорили, что у них есть много людей. И Европа для них — только одно из мест, куда будут направлены эти люди. Они рассказывали, как нам вернуться назад, как подготовить нападение, какими могут быть эти приступы». Этот канадец по прозвищу Абу Хузейфа аль-Канаде не организовывал и не совершал нападений у себя дома. Он вернулся, чтобы рассказать свою историю журналистам и полиции. Но сколько из тех почти 2 тыс. иностранных боевиков «Исламского государства», которые с 2014-го вернулись к странам ЕС, поступят так же, как и этот канадец, покажет лишь время и эффективная работа спецслужб. В любом случае нужно готовиться к новой редакции старой практики террористических заговоров.

Share