Стратегия обмана

Стратегія ошуканства

Фото: УНИАН

«Я позволил бы Донецке и Луганске государственный язык украинский и региональный русский при условии, что после этого они — территория Украины», — заявил на днях в интервью «РБК-Украина» руководитель Офиса президента Андрей Богдан.

По его словам, вопрос о региональном языке можно было бы вынести на всенародный референдум. На комментарий журналиста о последствиях такого решения он ответил риторическим вопросом: «Давайте еще угробим пятнадцать тысяч наших сограждан на войне?».

Похоже, в кабинетах новой власти ищут возможности снова подсунуть Украине двуязычие, только теперь уже не для «защиты русскоязычных», а как условие прекращения войны. Правда, представитель президента в Верховной Раде Руслан Стефанчук заявил, что предложение Богдана — это лишь его личное видение, которое не разделяет партия «Слуга народа». Однако на фоне многих других заявлений и самого Владимира Зеленского и его окружения это кажется не слишком убедительным. Очевидно, такие заявления Богдана являются пробными вбросами для изучения общественной реакции. И если она не будет достаточно острой, все может завершиться ошуканством века, жертвой которого станет вся Украина, а прежде всего Донбасс.

Во-первых, реальной связи между войной и языковой политикой нет и никогда не было. Это очевидно для всех, кто хотя бы поверхностно следит за общественно-политическими процессами в Украине. Война началась не из-за языка. В отличие от пана Богдана, «русскую весну» автор этих строк видел вблизи, в Луганске: сепаратистский мятеж разразился вовсе не из филологических вопросов. Основную массу бунтовщиков мобилизовали страшилками про «карателей «Правого сектора», которые вот-вот должны были приехать на Донбасс, чтобы устроить чистки нелояльного населения. Под этим соусом якобы для самообороны организовывались первые отряды боевиков и прикликалися российские войска. Гуманитарный повестку сепаратистов действительно содержал языковой вопрос, но оно стояло где-то между защитой «канонического православия» и сопротивлением «євросодомії». Куда больше их привлекали «огромные» зарплаты и пенсии, которые якобы стали выплачивать в анексованому Крыму. Поэтому утверждать, что война началась из-за языка, — это либо сознательная манипуляция, либо вопиющая неосведомленность относительно событий последних лет.

Похоже, в кабинетах новой власти ищут возможности снова подсунуть Украине двуязычие, только теперь уже не для «защиты русскоязычных», а как условие прекращения войны

Во-вторых, делать какие-то предложения Донецке и Луганске сейчас нет смысла, поскольку тамошние власти включительно с Денисом Пушиліним и Леонидом Пасечником — это зиц-председателя или в лучшем случае руководители третьего звена. Если бы «республиками» действительно руководили из Донецка и Луганска, а не из Москвы, сепаратистская авантюра закончилась бы еще осенью 2014-го. Но в переговорах с Москвой проявлять щедрость опасно, поскольку это лишь провоцирует ее поднимать ставки. Что же касается населения ОРДіЛО, то для него языковой вопрос сейчас менее актуален, чем когда-либо. В социально-экономическом понимании оккупированные территории откатились дальше, чем в самые темные времена 1990-х годов. Достаточно только сказать, что украинская «минималка» считается там хорошей средней зарплатой. Тем, кто сохраняет лояльность Украины, никаких уступок не надо, главное, чтобы над Донецком и Луганском вновь запестрели сине-желтые флаги и состоялась реальная деокупация. Утомленій большинству хочется прежде всего нормализации повседневной жизни хотя бы среднего украинского уровня. Разговаривать с ними о языке — это издевательство, поскольку легализация русского не решит ни одной из насущных проблем, которые уже пять лет ломают им жизнь. Конечно, среди жителей ОРДіЛО есть часть ярых сепаратистов, готовых соединиться с Россией даже как биотопливо для ее геополитических маневров. Однако делать для них какие-то уступки нет смысла, поскольку возвращаться в Украину они не хотят, разве что после парада войск РФ на Крещатике.

В-третьих, связь между языковым вопросом и прекращением войны — полностью искусственная, противоестественная конструкция. Ее прямое назначение — переложить вину за начало войны на Украине, которая якобы «запрещала разговаривать на русском», вследствие чего взбунтовались Крым и Донбасс. Не надо объяснять, что такая риторика украинской власти станет подарком для Москвы, которая уже давно пытается использовать языковой вопрос против Украины. Сейчас Россия уже второй раз созывает заседание Совета Безопасности ООН в связи с украинским языковым законодательством. Пока что это кажется абсурдом, но если о языке как фактор конфликта заговорит украинская власть, то российскую аргументацию будет усиленно. Осознают ли эти тонкости в команде Зеленского, неизвестно. Но похоже, что кое-кто хочет снова навязать Украине двуязычие. Кроме лобовой атаки, как это было во времена принятия закона Кивалова — Колесниченко, есть и более изощренные способы легализации сомнительных решений. К примеру, сначала, шантажируя общество войной (и прикрываясь результатами референдума), власть создает в ОРДіЛО прецедент, предоставив этим территориям эксклюзивное право двуязычия (а по факту право на неупотребление украинского). Распространение таких привилегий на остальных юго-восточных регионов — это уже дело техники. Можно обойтись и без сепаратистских мятежей, поскольку суды теперь наперегонки спешат подстроиться под политическую конъюнктуру.

Что-что, а силу конъюнктуры в команде Зеленского уже почувствовали. О признании национализации Приватбанка незаконной и другие случаи нечего вспоминать: список прецедентов пополняется чуть ли не еженедельно. Причем метод «судебного реванша» осваивают уже и на местном уровне: в Харькове пытаются через суд вернуть проспекту имя Ґєоргія Жукова, в Киеве — восстановить старые названия проспекта Бандеры и проспекта Шухевича. Очевидно, что реваншистские круги уже почувствовали, как границы дозволенного расширились, но еще не определили, насколько именно. Национально-патриотические силы еще подсчитывают потери. Ну а новая власть, находясь под влиянием и первых, и вторых, пытается избавиться от собственной идеологической аморфности, а также изучает рычаги, что попали ей в руки.

Ясности несколько больше после парламентских выборов, но надеяться на приятные сюрпризы не стоит. В Украине вряд ли повторится ситуация режима Виктора Януковича, когда пророссийский реванш сунул, как каток. Теперь реваншистские инициативы могут подаваться как реформаторские и патриотические. Это касается не только введения двуязычия якобы ради освобождения Донбасса, что предлагает Богдан. Под таким же благородным предлогом нам могут накинуть «прямой диалог» с «республиками». Да и превращение Администрации на Офис президента, что подавалось как шаг к демократизации, было нужно прежде всего для вывода Богдана из-под действия закона о люстрации, который запрещает ему возглавлять Администрацию, но не Офис президента. Поэтому гражданскому обществу и притомній части политикума придется осваивать новые способы сопротивления, соответствующие новым вызовам.

Share