Странная война

Дивна війна

Почему «крестовые походы» украинских чиновников против контрабанды не приносят весомых результатов

Перечислить все войны, которые власть объявляла контрабанде, слишком сложная задача. Только за период каденции предыдущего президента на этом фронте произошло несколько обострений. Первое — после уличной стрельбы в Мукачево 2015 года, которая привела к двух смертей. Хотя суд так и не установил всех обстоятельств происшествия, но вся страна убеждена, что причиной стал передел контрабандных потоков между различными группировками. Кстати, скоро исполнится четыре года с тех пор, а следователи так и не установили виновных хотя бы в убийствах. Четырех человек осудили (они уже на свободе) за незаконное хранение оружия, блокирования дорог, угрозы и повреждения имущества. После стрельбы к области отправили Геннадия Москаля, известного торжественными победами над контрабандой перед объективами камер на Донбассе. Тем самым он занялся и на Закарпатье. В результате это привело к временному перераспределения потоков контрабанды на границе: из закарпатской участка ручей направился на другие. Когда пыл борьбы утих, все вернулось на свои места. Впоследствии фактический провал в борьбе признал и сам Москаль. По его словам, причина в том, что Рада не захотела криминализировать контрабанду, на чем он настаивал. Сейчас заключение предусмотрено только за контрабанду оружия и боеприпасов, а когда речь о товарах широкого потребления, то наказание — административный штраф.

Признание Москаля пришлись на период иного «великого похода» против контрабанды, который объявил премьер-министр Владимир Гройсман летом 2018-го. На этот раз с контрабандой взялись бороться с центрального уровня. А побеждать решили благодаря разрешению одним силовикам присматривать за другими: полицейским дали право круглосуточного пребывания на таможенных постах. Гройсман не рассказал деталей. Например, что же именно мешало правоохранителям договориться между собой, однако пообещал дополнительно 70-100 млрд грн в госбюджет от борьбы с контрабандой. Недоброжелатели поговаривали, что на самом деле речь идет о предвыборный союз Гройсмана и главы МВД Арсена Авакова против СБУ, которая находилась в орбите тогдашнего президента Петра Порошенко. К того, именно Служба безопасности издавна выполняла роль смотрящего за таможней. Однако это все слухи. Никаких доказательств такого сговора нет (конечно, нет доказательств и того, что стрельба в Мукачево была именно через перераспределение потоков контрабанды, а не что-то другое).

Полгода спустя, в январе 2019-го, Держфіскалслужба отчиталась для прессы о бюджетные поступления за прошлый год. Оказалось, что платежей поступило на 96,5 млрд грн больше, чем 2017-го. Казалось бы, вот и обещанные премьер-министром миллиарды! Вот только плохая для премьер-министра новость, что на самом деле фискалы не выполнили даже собственный план по бюджетным поступлениям. Дело в том, что в декабре 2017-го тогдашний в.а. председателя ДФС Мирослав Продан назвал «индикативные показатели» на грядущий год. Среди прочего он отметил, что заложенные в бюджет на 2018-й планы превышают прошлогодние на 123,8 млрд грн. Это произошло задолго до того, как Владимир Гройсман даже задумывался над новым крестовым походом против контрабанды. Другими словами, вместо безумных поступлений в бюджет от этой кампании фискальная служба на более 27 млрд грн не выполнила поставленный перед ней в начале года план. Интересно взглянуть на поступления ДФС в прошлом году немного подробнее. Фискалы собрали на 60 млрд грн больше налогов и на 35 млрд грн больше таможенных пошлин, чем 2017-го. При этом планировали, что налоговых платежей получится лишь на 35,6 млрд больше, а таможенных сборов аж на 88,2 млрд грн. То есть план по налогам перевыполнили почти вдвое, а план по таможне недовыполнили почти втрое. Итак, очередной план правительства навести порядок на границе завершился ничем. Хорошо, что к тому правительство «сохранился» и внес в Раду законопроект с давней идеей о криминализации контрабанды (который парламент не поддержал). Теперь у Гройсмана (как когда-то в Москаля) является объяснение причин провала.

Что же мешает чиновникам разного уровня навести порядок? Прежде всего то, что мы уже давно не живем за железным занавесом СССР, однако немало и политиков, и чиновников, и часть простого люда до сих пор упорно делают вид, будто ничего не изменилось. Будто никакой торговли, движения капитала и безвизового режима нет, главное — это усилить пограничные наряды и держать «границу на замке». Сделать это в нынешних условиях не может никто, а разбираться в экономической подоплеке контрабанды как явления слишком сложно и рискованно: в процессе расследования можно выйти на самого себя.

Контрабанда сегодня такая же разнообразная, как и легальная торговля. Существуют десятки, а может, и сотни ее схем, которые и описывают для удобства одним словом. Вполне возможно, что в то время, когда вы читаете этот материал, бравые ребята посреди чистого поля в Венгрии разгружают остановленную фуру с медикаментами, которые официально направлялись на продажу в Украине. Медикаменты поедут в Сербию, где розничная цена официального товара выше. Водитель фуры пожалуется в полицию на разбой. Отследить, как именно продукция прошла путь от Венгрии к Сербии, уже не удастся. У правоохранителей есть более серьезные задачи, чем кража с фуры. Мелочь по сравнению с общим оборотом товаров на этом участке.

Вполне возможно, что именно в этот момент несколько микроавтобусов с автомобильными шинами пытаются пересечь границу с Польшей на Волыни. За бусами следует несколько легковушек, набитых людьми. Каждый из пассажиров запишет на себя по шине, но не больше объема, разрешенного для провоза через границу. За это он получит благодарность от владельца груза, а вот товар после проверки поедет на продажу до первого же рынка. Здесь речь идет вообще о вполне легальное пересечение границы.

Возможно, что где-то в Черном море сейчас разгружают танкер с нефтепродуктами. Это делают на подходе к украинским портам. По документам танкер почти пустой. Груз подвозят к берегу небольшими партиями с помощью нескольких малых судов. Возможно, где-то в Галичине воздушную границу пересекает легкомоторный самолет с сигаретами, который сбросит груз и приземлится на специально построенном для таких «авиасудов» аэродроме, владельцем которого окажется бывший директор таможенного поста.

Возможно, возможно, возможно… Между этими случаями нет ничего общего. Фигурантами становятся разные люди, которые пользуются разными средствами, однако все это по старой привычке называют контрабандой. Когда Владимир Гройсман объявлял свой «крестовый поход» против контрабанды, то описал самые популярные схемы. Их набралось аж с десяток. Среди прочего, использование оффшоров для перепродажи конфискованного уже в Украине товара или заранее неправильное заполнение таможенных документов. В этих десяти можно добавить еще 20. Иногда речь идет сугубо о коррупции во время оформления документов, поэтому никакой романтики.

Банальная правда в том, что контрабанду, форма которой меняется так же быстро, как и само общество, не победить никогда. Нормальное желание каждого человека больше заработать и меньше потратить. Тем более, в довольно бедной стране. Пока есть запрос и дешевый товар, будет существовать и продавец — контрабандист. Если же такая деятельность еще и выгоднейшее дело во всей области, то от желающих заняться ею вообще не будет отбоя. В Украине всплеск контрабанды за последние годы вызван частично обесцениванием национальной валюты, а отчасти слишком сильным налоговым давлением. Фискалы пытаются выполнить план поступлений, как Продан в 2018-м, и звонят крупнейшим налогоплательщикам с «дружественными» напоминаниями. Те повышают цены на товар. Контрабандисты смотрят на это и завозят тот же товар, но без уплаты налогов. Покупатель покупает то, что дешевле. И так по кругу. До тех пор, пока кто-то не осмелится бороться с причиной — структурой украинской экономики и методами формирования бюджета. Вместо устраивать показательные выезды на границу или демонстрировать перед прессой инфографику с красивыми рисунками про контрабандистов.

Share