Спальный район Европы?

Спальний район Європи?

Каких вызовов ожидать от роста трудовой миграции украинцев в страны ЕС

Украинская трудовая миграция последних лет кардинально отличается от всей предыдущей как по своей природе, так и по влиянию на социально-экономическую ситуацию в стране. Масштаб этого влияния только начинает ощущаться. Но уже теперь очевидно, что без должного переосмысления и коррекции экономической, налоговой и социальной политики он грозит большими проблемами и дисбалансами.

Украинское заработки 1990-х — начала 2000-х значительно чаще, чем сегодня, было формой выживания для тех, кто действительно лишился средств для существования в переломный период на Родине. Потоки миграции направлялись преимущественно в отдаленных стран Западной Европы, и в абсолютном большинстве нелегальные мигранты редко возвращались к приобретению каким-то образом официального статуса в новой стране проживания. Зато современные трудовые миграции является преимущественно официальными, со значительно более заметными маятниковой и сезонной составляющими, поэтому все больше набирают черт обычного продолжения внутригосударственных миграций украинцев. Речь идет о потоках работников с депресивніших регионов страны, сельской периферии или пригородов к больших и богатых экономических центров. В этом смысле масштабы миграции за границу уже не кажутся такими большими, а потенциал для их роста остается все еще достаточно высоким. Ведь, как свидетельствуют данные Госстата, только с 2012 года с различных, однако преимущественно социально-экономическим причинам, даже официальное место регистрации в пределах Украины меняли по 450-650 тыс. человек ежегодно. Еще большее количество делала это неофициально или была участником маятниковых и сезонных миграций из населенных пунктов, где проживала, до тех, где зарабатывала. Но это движение украинцев в пределах страны остается не таким заметным, как трансграничные миграции, хоть и имеет не слишком меньше судьбоносное влияние на изменения в социально-экономической или налоговой сферах.

В последнее время такие внутренние перетоки между спальными и рабочими районами и местностями внутри страны просто выплеснулись за ее пределы. Причем не вследствие какого-либо резкого ухудшения социально-экономической ситуации в стране, как сейчас это популярно объяснять, а главным образом в результате либерализации визового режима и облегчение возможностей официального трудоустройства в соседних с Украиной странах ЕС, которые нуждаются больше рабочих рук. Это стало закономерным следствием процесса превращения ее в часть единого европейского экономического и человеческого пространства в условиях слабой конкурентоспособности отечественного рынка труда.

Не Польшей единой

Первым и пока самым мощным «пылесосом» для украинских заробитчан стала крупнейшая соседнее государство и экономика ЕС — Польша. Лишь в 2017-м ее власть выдала новые разрешения на пребывание в стране более 585 тыс. граждан Украины, а в III квартале 2018 года, по данным Фонда социального страхования Польши, количество украинцев, которые там работают легально, увеличилось до 426 тыс. Однако значение польского рынка труда в последнее время ослабляется для украинских заробитчан. Аналитические разведки НБУ фиксируют торможение темпов выдачи новых разрешений, что является основанием прогнозировать уменьшение наплыва украинских мигрантов в Польше в 2019-м и особенно в дальнейшем. Количество представленных там заявлений на трудоустройство украинцев в первом полугодии 2018-го уменьшилась к уровню первого полугодия 2016-го.

Начав с Польши, украинцы значительно активнее в последнее время осваивают рынки труда других, сейчас прежде всего постсоциалистических стран Центрально-Восточной Европы, где доступ к рынку труда значительно облегчился. В частности, наши соотечественники лидируют в получении разрешений на проживание или трудоустройство в Литве, Эстонии, Чехии, Словакии и Венгрии. А недавно вошли и в тройку лидеров за иммиграцией — в Болгарии, Хорватии, Латвии и Дании.

Например, 2016 года официальная квота на работников из Украины в Чехии составляла лишь 3,8 тыс. лиц, однако с тех пор выросла более чем в 10 раз, ежегодно удваиваясь (до 7,2 тыс. в начале 2017-го, 19,6 тыс. в начале 2018-го и 40 тыс. согласно последних решений чешского правительства). Если в 2016 году Литва выдала 18 тыс. рабочих виз, из которых около 10 тыс. получили украинцы, то в 2017-м их было выдано уже 20 тыс. украинцев. А в 2018 году украинские заробитчане в этой стране получили 18 тыс. разрешений на работу лишь за семь месяцев. В более как вдвое меньшей Эстонии за три квартала 2018-го количество украинцев, которые получили разрешения на работу или вид на жительство, достигло 12 тыс. человек, что также составляет почти 1% всего населения страны (а не только трудоспособного). Меньше всего среди стран Балтии сейчас украинцы едут в беднейшей Латвии (около 3 тыс. рабочих виз). Однако, учитывая динамику роста трудовой миграции в другие страны Центрально-Восточной Европы, вскоре также речь может идти уже о десятках тысяч украинцев на территории Латвии.

Германия следующая

Стремительное расширение доступа украинских работников до сравнительно небольших государств Центрально-Восточной Европы может оказаться лишь прелюдией к масштабному выходу на рынок труда крупнейшей экономики ЕС с одним из самых высоких на континенте уровнем зарплат — Германии. Украинская трудовая миграция там сейчас представлена довольно умеренно: по официальным данным, количество наших граждан, которые имеют в стране официальную работу, составила 43 тыс. человек, увеличившись в 2018-м на 10%. То есть сегодня речь идет о цифрах, которые не слишком выделяются на фоне в несколько и десятки раз меньших Чехии, Литвы или Эстонии со значительно более слабыми экономиками и более низкими заработками.

Однако ситуация может кардинально измениться уже со следующего года, поскольку в Берлине, как раньше в его восточных соседей, решили значительно либерализовать доступ к рынку труда выходцам из стран, не являющихся членами ЕС. Новые правила дадут возможность гражданину страны, которая не входит в ЕС, легче получить рабочую визу на полгода. Работники смогут не только заполнять новые вакансии, но и конкурировать с трудовыми мигрантами из соседних стран Европейского Союза. Ведь сейчас в Германии насчитывается свыше 420 тыс. официально зарегистрированных работников из Польши и 350 тыс. с Румынии. Как прогнозируется, немало украинских заробитчан переедет в Германию из Польши. Нельзя исключать переориентацию на немецкий рынок труда и все большего количества рабочих-украинцев и из Чехии, Литвы, Эстонии. А это, в свою очередь, обусловит рост там спроса и оплаты для них, ведь украинские работники остаются крупнейшим и самым дешевым резервом для рынка труда этих стран среди всех других государств Европы.

Все это будет провоцировать отток большего количества новых работников из Украины. Разница зарплат остается чрезвычайно большим. Например, по уже имеющимся данным, даже минималка в Польше с 1 января 2019 года составит 2250 злотых, или около 16,4 тыс. грн по нынешнему курсу, в Чехии — 13 350 крон (16,3 тыс. грн), в Словакии — €520, что по нынешнему курсу составит примерно столько же, сколько в Польше. В Литве минимальная зарплата с начала следующего года будет еще больше — €555, или 17,5 тыс. грн по текущему курсу гривны. А вот в Эстонии ее объем составит €540, однако в этой стране такие выплаты не облагаются налогом, поэтому речь идет фактически о эквивалент €675 брутто, или 21,3 тыс. грн по текущему курсу, в таких государствах, как Польша, Словакия, Чехия или Литва, где она налогами облагается. В Украине же минималка с 2019 года запланирована на уровне менее 4,2 тыс. грн (до вычета налогов), и даже средняя зарплата в абсолютном большинстве регионов страны будет уступать показателям минимальной в соседних государствах ЕС. Поэтому вполне очевидно, что такая бешеная разница в стоимости труда вытаскивала и дальше извлекать украинцев с отечественного рынка труда в расположенных рядом стран Евросоюза не только на постоянной, но и на сезонной и маятниковій основе.

Для тех, кто останется

При этом в самой Украине уже растет конкуренция за тех работников, которые имеют спрос на европейском рынке труда. Это ведет к увеличению их доходов, и такая тенденция будет продолжаться, вызывая все большие межотраслевые перетоки в самой Украине, в том числе и отраслей и профессий, которые традиционно считались кваліфікованішими и сложнее, до более простых, в частности рабочих. Чрезвычайно низкие доходы в бюджетной сфере, в секторе государственных услуг, а также ряде других отраслей экономики, откуда «прямая» миграция в страны ЕС невозможна, заставлять часть занятых в них переквалифицироваться и замещать выбывших в тех сферах, из которых наиболее активно едут в страны ЕС. А тем временем у последних все активнее расширяется благодаря тем сферам, для которых до недавнего времени рынок труда европейских стран был преимущественно закрытым или труднодоступным. В частности, еще весной 2019-го МИНЗДРАВ Польши обратилось к Минобразования страны с предложением упростить порядок подтверждения дипломов о медицинском образовании для тех, кто добывал ее за рубежом. Одним из главных требований будет владение польским языком. Там сейчас ожидается огромный дефицит среднего медицинского персонала: из 220 тыс. медсестер, работающих, 73 тыс. уже пенсионного возраста, а врачей на тысячу жителей в полтора раза меньше, чем в среднем по странам ЕС. Откуда будет компенсироваться дефицит, очевидно: даже при имеющихся препятствий с доступом к этому рынку труда 36% общего количества иностранцев, которые имеют право на медицинскую практику в Польше, уже составляют именно украинцы.

Если нынешние тенденции продолжатся, то разница зарплат, умноженная на структурные проблемы украинской экономики и отсутствие государственной политики модернизации и новой индустриализации, по инерции превращать Украину только на большой спальный район богатых государств ЕС. К тому же с соответствующим отраслевым селекцией и все большими диспропорциями между количеством, с одной стороны, тех, кто дальше здесь жить и работать, а с другой — тех, кто потребует от государства содержания, ухода, социальной помощи или в лучшем случае будет обеспечивать потребности соотечественников, которые будут возвращаться на некоторое время, чтобы потратить дома заработанные за границей деньги. Набирая больших размахов, такой процесс обостряет дефицит работников в ряде сегментов украинской экономики, оживляя в то же время спрос на товары и услуги со стороны родственников мигрантов, а также в зависимости от сезона части их самих.

Спальний район Європи?

Новая реальность будет предопределять изменения в отношении к проблеме заработка и позиционирования трудовых мигрантов как в обществе, так и в отношениях с государством. Они лишаются ореола «найзнедоленішої части украинского общества, которая должна спасаться от голодной смерти, поскольку не нашла себе места на Родине». Все больше говорится о людях, которые ищут высших заработков, а не работы, которую вполне могут иметь и в Украине, однако за куда меньшую плату. При этом бремя содержания социальной сферы и инфраструктуры на Родине оставляют на тех, кто дальше работает за значительно меньшую оплату. Выравнивание цен и тарифов в Украине с мировыми, а также подтягивания расценок на труд специалистов в сферах, откуда они утекают за границу, до европейских уровней, должно получить продолжение в форме выравнивания вознаграждения за труд тех, кто будет в остальных «домашних» сфер.

В условиях, когда Украина все больше превращается в спальный район зажиточных стран Европы, подходы к налогообложению не могут оставаться такими, как раньше, поскольку были основаны на постсоветской социальной модели. Ситуация или потребует коренного перебалансировки механизмов налогообложения и наполнения социальных фондов, финансирование образования и медицины с расширением взноса в содержание всего этого со стороны трудовых мигрантов. Или уже вскоре очень усугубит деградацию соответствующих сфер, обострит дефицит ресурсов, необходимых для их финансирования, и одновременно усилит фискальный и квазифискальный давление на тех, кто дальше будет работать и жить в стране. А значит, ускорится падение их реального уровня жизни. Ведь нынешняя, в частности заложена в Конституцию, модель централизованного финансирования таких благ, как образование, медицина или социальная поддержка, просто не предусматривала возможности того, что очень большая часть трудоспособных граждан будет зарабатывать вне национальной экономикой. Все острее будет ставить вопрос о перекладывании все большей доли наполнения бюджета и социальных фондов на тех, кто работает за рубежом.

Статья из выпуска Мир в 2019

 

 

 

Share