Помочь России удерживать ОРДіЛО?

Допомогти Росії утримувати ОРДіЛО?

Что на самом деле означают инициативы новой власти относительно снятия блокады с оккупированного Донбасса

По итогам заседания трехсторонней контактной группы (ТКГ) в Минске 5 июня Леонид Кучма, которого недавно вернул к переговорам президент Владимир Зеленский, заверил, что переговоры впервые «прошли конструктивно», «все стороны хотели найти решение», а тон дискуссии был «совсем другим, чем это было до сих пор» и «было доверие друг к другу». События и информация, которая начала поступать впоследствии, показали: такие изменения связаны с тем, что украинская сторона начала демонстрировать готовность делать то, что хочет враг. Сегодня уже очевидно, что «доверие» в вопросах и очередной попытки разведения сил в Станице Луганской, и очередного прекращения огня оказалась напрасной. Однако наиболее перспективной капитуляцией, которую начал Кучма от имени Зеленского, похоже, может стать отказ Украины от экономической блокады оккупированных территорий. По словам специального представителя председателя ОБСЕ в составе ТКГ Мартина Сайдіка, это предложение «поступило от господина Кучмы, и это поддержали участники из ОРЛО и ОРДО». Прекращении блокады будет означать, что новое украинское руководство согласно убрать не последний серьезный инструмент создания дискомфорта российской оккупационной администрации на Донбассе, облегчить Кремлю бремя содержания этих территорий. Это также будет тестированием реакции украинского общества на дальнейшие шаги властей в исполнении «хотєлок» оккупантов, то есть принятии этих территорий на украинское содержание за одновременного сохранения фактического контроля над ними Москвы.

Блокада сработала

Война, особенно долговременная, а тем более гибридное противостояние, это всегда не только и не столько военная составляющая, как экономическая и информационная. Функция блокады ОРДіЛО два года назад состояла в том, чтобы прекратить поддерживать экономику оккупированных территорий (то есть, фактически, не финансировать войну против себя). Хоть это и не декларировалось, однако не менее важным было создание и поддержание прямой взаимосвязи «воюете против Украины — имеете более низкий уровень жизни на подконтрольной вам территории». Даже если это и наносит определенный вред самой Украине, такой подход оправдан, особенно если экономические потери враг несет большие.

Экономическая блокада ОРДіЛО, даже несмотря на наличие контрабанды и серых схем поставки ряда товаров в обе стороны, все равно приводит к росту стоимости проживания на оккупированной территории, в то же время снижает местные доходы и сдерживает развитие тамошней экономики. Это неоспоримый факт, такое положение вещей заставляет оккупанта идти на дополнительные компенсационные расходы и обеспечивает выгодный контраст со свободной от боевиков территории страны. Прекращение блокады без получения чего-то значимого взамен — это несомненная потеря стратегически важного преимущества.

Любые попытки проверить эффективность уступок врагу «опытным путем» только ухудшат позиции Украины и повышать для нее цену «мира»

Несмотря на распространенные представления о якобы невероятные экономические убытки Украины из-за разрыва связей с ОРДіЛО в 2017 году, на самом деле ситуация совсем неоднозначная. Отчасти Украина наоборот получила преимущества для своих предприятий и отраслей. Еще до прекращения полномасштабной торговли с ОРДіЛО Неделю обращал внимание на то, что несмотря на все попытки запугивания со стороны чиновников и олигархов, которые имели активы на оккупированной территории, расторжения связей с ОРДіЛО может простимулировать развитие в ряде промышленных отраслей на подконтрольных Украине территориях. В первую очередь это касается металлургического сектора. И эти два с лишним года, которые прошли с тех пор, подтвердили эти прогнозы. В целом в масштабах страны за период с апреля 2017 по апрель 2019 производство чугуна возросло с 1,47 млн т до 1,84 млн т, кокса — с 0,74 млн т до 0,9 млн т (в январе 2017-го, перед началом блокады, было изготовлено лишь 0,73 млн т, а вместе с предприятиями на территориях ОРДіЛО — 1,01 млн т). Производство стали (1,98 млн т) на 6,6% превысило показатель доблокадного января 2017-го, даже с учетом объемов оккупированных предприятий. При этом предприятия на подконтрольной территории нарастили его производство на четверть — с 1,57 млн т до 1,98 млн т. Ситуация с производством кокса и чугуна наиболее показательна, ибо именно эти виды металлургической продукции назывались как потенциально наиболее уязвимы из-за прекращения экономических отношений с ОРДіЛО. Ведь значительная доля коксующегося угля, да и самого кокса, поставлялось оттуда.

Также, еще до начала блокады, Неделю на основе анализа корпоративной отчетности крупнейших украинских горно-металлургических компаний обосновал, почему и как именно производство в ОРДіЛО вредило предприятиям на свободной территории даже тех самих компаний-владельцев. В такой ситуации и совокупную экспортную выручку от реализации продукции предприятий на оккупированной территории компании получали примерно такую же, которая поступала бы от большей загрузки мощностей комбинатов, что на подконтрольной Украине. И взамен они уменьшали объемы продукции на предприятиях Днепропетровщины или свободной части Донбасса ради работы производственных структур на занятых врагом землях, как например в Енакиево, Макеевке, Алчевске (см. «Олигархи на стороне врага», Неделя, №49/2016).

После разрыва экономических связей с ОРДіЛО произошло стремительное замещение захваченных врагом мощностей в рамках крупнейшей горно-металлургической группы Украины — Метинвест (ее менеджеры своего времени были самыми большими критиками блокады). За i квартал 2019 года, по сравнению с аналогичным периодом доблокадного 2016-го, производство чугуна на мариупольских комбинатах компании выросло на 24%, стали — на 29,3%. Такая активизация производства на свободной территории Украины привела к фактически полному замещению мощностей расположенного на оккупированной территории Енакиевского метзавода (который 2016-го обеспечивал около четверти производства всей металлопродукции компании). К блокаде же прослеживалась противоположная тенденция. 2013 года мариупольские комбинаты произвели 9,5 млн т стали и 8,91 млн т чугуна, однако в 2015-м объемы упали до 5,85 млн т и 6,4 млн т. В то же время в 2015-2016 годах произошло почти удвоение производства чугуна и стали на ЕМЗ, что на оккупированной территории, и это на фоне почти неизменных объемов производства на предприятиях подконтрольной территории, причем потенциал мариупольских комбинатов использовался далеко не на полную мощность.

Похожая ситуация и с добычей энергетического угля еще одним отраслевым монополистом — ДТЭК. Ее годовой отчет за 2015-й показал, что при любой возможности компания пыталась поддержать добычу на шахтах оккупированных территорий, одновременно тормозя производство на свободных территориях. Потребности энергосистемы Украины в токе угольных станций уменьшились, однако вместо увеличивать долю производства на тех блоках, которые работали на угле газовой группы, компания в течение 2015-2016 годов при каждом удобном случае пыталась наоборот наращивать добычу и ввоз антрацитового угля с оккупированных районов. С отчетности ДТЭК тех лет четко видно, что причиной отказа замещать электрические энергоблоки, которые работают на антраците с оккупированных территорий, на блоки, которые используют газовый уголь, добытый на подконтрольной Украине

Допомогти Росії утримувати ОРДіЛО?

территории, было именно стремление возобновить полномасштабные поставки антрацита из шахт в ОРДіЛО. В частности, на протяжении второй половины 2015-го с оккупированных территорий было поставлено на тепловые электростанции ДТЭК 2 млн т антрацитового угля — на 160% (или на 1,4 млн т) больше, чем за этот же период 2014-го. И в передблокадному 2016 году тенденция еще более усилилась. Отчет ДТЭК о производственные показатели за три квартала свидетельствует о практику, когда в рамках компании предоставлялись преференции угледобычи на шахтах оккупированных территорий за счет его уменьшения на свободных. Добыча антрацита в ОРДіЛО вырос на 63,6% (или 2,1 млн т) при одновременном уменьшении на 1,5 млн т (9%) добычи газовых марок угля на свободной территории. Таким образом, происходило явное замещение угледобычи на подконтрольной Украине территории Донецкой области, а также на востоке Днепропетровской, углем с ОРДіЛО. Это привело к потерям для шахт на свободной территории по крайней мере на $70-80 млн и одновременно до дополнительных поступлений для шахт ДТЭК в ОРДІЛО.

 

Блокада ОРДіЛО в начале 2017-го кардинально изменила ситуацию в пользу предприятий на подконтрольной Украине территории. Топ-менеджмент ДТЭК, который до последнего выступал против блокады, в корне изменил приоритеты в сторону наращивания добычи топлива на шахтах свободной территории и перевел ряд своих блоков ТЭС на газовый уголь. И уже в июне 2017-го результаты шахт на подконтрольной территории на 7,2% превысили объемы, которые в этом же месяце 2016-го были достигнуты вместе с предприятиями ОРДіЛО. Благодаря блокаде мы все же получили отказ от львиной доли антрацита, который до сих пор активно завозился с ОРДіЛО и вытеснял газовое угля на свободной территории Украины. Как государственная компания «Центрэнерго», так и крупнейший частный производитель тока на угольных блоках ДТЭК и дальше переводят свои мощности на использование газового угля. Доля этого топлива, которое добывается на шахтах подконтрольной Украине территории, неуклонно растет.

Зато использование и импорт антрацита сокращается (хоть и медленнее, чем должно бы быть). Благодаря этому добыча энергетического угля на свободной территории страны достаточно стремительно развивается. Так, в 2017-м он вырос на 1,23 млн т, в 2018-м — еще на 1,28 млн т и достиг 27,5 млн т (против 24,9 млн т в 2016 году). И это при том, что производство тока на теплоэлектростанциях (а следовательно и потребление угля) 2018-го наоборот снизилось на 16,6%, если сравнить с 2016 годом (с 72,9 до 60,8 млрд кВт.ч). Однако эффект от разрыва экономических связей с ОРДіЛО мог быть и лучшим, если бы была соответствующая государственная политика замещения утраченных в ОРДіЛО мощностей и развития альтернативных производств в Украине. Несмотря на то, даже при тех условиях, которые сложились, положительное значение блокады на развитие угледобычи в Украине очевиден.
Индустриальные регионы на юго-востоке Украины получили очевидную выгоду от блокады ОРДіЛО. Их промышленный сектор в последние годы развивается ускоренными темпами по сравнению с другими регионами. Так, если в целом по стране промышленное производство за первые четыре месяца 2019 года превысило свои объемы за аналогичный период 2017-го на 3,2%, то в подконтрольной части Донецкой области — на 8,6%, в Днепропетровской — на 10,2%. Причем наращивается производство продукции горно-металлургического комплекса и добыча энергетического угля именно после того, как был положен конец доступа конкурентов с ОРДіЛО на рынок.

Поддержать террористов?

Снять блокаду ОРДіЛО в нынешних условиях означает нивелировать достигнутые положительные сдвиги. Значительные объемы угля (в том числе добытого в копанках, за неурегулированных условий труда, а следовательно, более дешевого) с ОРДіЛО взорвут положительную тенденцию к наращиванию добычи угля газовой группы на украинских шахтах подконтрольной территории, обострят проблему с оплатой труда и работой для шахтеров, в целом усилят социально-политическое напряжение. И такая социальная ситуация может быть использована врагом. Открытия доступа металлургических предприятий с ОРДіЛО на рынок Украины приведет к сокращению производств предприятиями на свободной территории. Кроме того, возможный спад производства и через рост экспорта из ОРДіЛО. А главари террористов смогут использовать это в свою пользу, убеждая население, что их политика конфронтации с Украиной правильная, ведь, даже находясь в состоянии войны, они смогли добиться выгодных условий для «своих» предприятий.

Снять блокаду с ОРДіЛО также означает принять участие в финансировании террористов, подсобить Кремлю в их содержании. Во-первых, боевики «ЛНВ» и «ДНР» присваивают значительную долю средств, которые различными способами попадают на оккупированные территории. Все предприятия, включительно с теми шахтами и меткомбинатами, которые террористы конфисковали во время блокады 2017 года, работают в первую очередь в их интересах и принадлежат им или непосредственно, или через связанные бизнес-структуры. Во-вторых, эти предприятия в любом случае отчисляют «налоги» в так называемых бюджетов «ЛНВ/ДНР». Налоговая система определяет обширный перечень сборов, через что гривна, рубль или доллар, попадая на оккупированную территорию, в конце концов оказываются в руках террористов. Например, «Закон ЛНВ о налоговой системе», подписанный главарем луганских террористов Игорем Плотницьким 28 декабря 2015 года, только «республиканских налогов и сборов» насчитывает 10 и еще пять «местных». Причем плательщиками признаются как «резиденты, так и нерезиденты, осуществляющие и/или не осуществляющих деятельность на территории ЛНВ». Поэтому любая торговля украинских компаний со структурами с ОРДіЛО будет означать наполнение их «общаків», с которых потом будет осуществляться финансирование боевых действий и диверсионно-террористических актов против Украины.

Согласно ст. 69 «Закона ЛНВ о налоговой системе», для тех, кто осуществляет операции с нерезидентами» — например, торгует с зарегистрированными в Украине компаниями, — налог составляет 10% от суммы сделки в случае приобретения продукции и 20% от суммы сделки в случае приобретения работ или услуг. Предусмотрено и сбор за транзит, продажу и вывоз отдельных видов товаров, к которым зачисляются лом черных и цветных металлов, уголь и угольная продукция, мука всех сортов и продовольственная пшеница i–III классов. Так, за вывоз на свободную территорию Украины угольной продукции железнодорожным транспортом установлено фиксированную ставку 400 грн/т (коксующийся уголь) и 180 грн/т (энергетическое). В случае вывоза автомобильным транспортом фиксированная ставка составит 400 грн/т независимо от марки угля. Вывоз лома черных металлов приносит террористам «ЛНВ» 200 грн/т, цветных — 1,5 тыс. грн/т. Взимается еще и плата «за пользование недрами», которая для коксующегося угля составляет 11 руб./т, антрацита — 16 руб./т. Из копанок, которые террористы интерпретируют как «угольные артели», они стягивают «упрощенный налог». Если годовая реализация продукции не превышает 240 млн руб., то «артільщик» отчисляет 3% от суммы.

Снять блокаду с «ДНР-ЛНВ», как и другие возможные уступки, — это игра в одни ворота, которую, очевидно, начинает Кучма на выполнение указаний Владимира Зеленского, и никаких положительных последствий для Украины это не принесет. Убеждение в том, что разблокировка «умилит жителей ОРДіЛО», которые из-за ограничения торговли якобы почувствовали себя отторгнутыми от Украины, или же что это привяжет ОРДіЛО экономическими связями с Украиной, — безответственная и даже враждебная манипуляция. Решение о судьбе оккупированных территорий пока что все равно принимают в Кремле. А проблема РФ для нас заключается не в «плохом Путине» или его режиме, а в настроениях российского народа. Режим Путина и его внешнеполитический курс является выполнением запроса основной части населения РФ на восстановление империи и реванш. Как показали данные последнего опроса «Левада-Центра», 56% россиян высказываются за оккупацию Юго-Востока Украины или создание там отдельной квазигосударства и лишь 14% согласны с тем, чтобы ОРДіЛО вошло в состав Украины на довоенных условиях. Возвращение оккупированных Россией территорий при таких обстоятельствах невозможно, разве что при полной капитуляции Украины или же краха самого имперского проекта РФ. Любые попытки проверить эти уступки врагу «опытным путем» только ухудшат позиции самой Украины и повышать для нее цену «мира».

Share