Поколение даже не Z

Покоління навіть не Z

Какими видят свои жизненные приоритеты молодежи белорусы

Белорусская молодежь — явление яркое и непонятное, как, впрочем, и молодежь любой страны. Уже лет 10 социологи говорят о том, что молодые люди не видят перспектив у себя на Родине и примерно 70% их эмигрировали бы из страны, если бы была такая возможность. Но возможностей кот наплакал. И большинство вынуждено выживать как может.

На словах государство неплохо заботится о молодых людей. Есть специальные программы, фонды, государственная молодежная политика. Однако на деле оборачивается все это, мягко говоря, не очень хорошо. Наибольшей проблемой среди студентов, например, является то, что государством предусмотрена «гарантия первого рабочего места выпускникам государственных учреждений образования, при условии обучения за бюджетный счет». Но на деле эти благие начинания превращаются в принудительном распределении выпускников к тех мест работы, которые им не нравятся: жителя столицы могут отправить в глубокой провинции, зачастую без предоставления места в общежитии, любого обеспечение жильем и с мизерной зарплатой. А были случаи, когда выпускник приезжал за таким распределением, а ему говорили: «Езжай обратно, ты здесь не нужен». В то же время отказаться от предлагаемой государством вакансии практически нельзя, иначе придется выплатить стоимость пяти лет обучения по специальности.

На словах государство стимулирует молодых специалистов тем, что вводит для них «повышающий коэффициент зарплаты»: 10-50% тарифной ставки первого разряда. Вроде бы хорошо. Но тарифная ставка первого разряда в Беларуси составляет 35,5 руб. — примерно $17. На дополнительные $2 до зарплаты — и даже на $8 — особо не разгонишься.

Как достижения недавно ликвидирован Информационно-аналитический центр при Администрации президента по результатам опроса, проведенного во второй половине 2018-го, подавал: «У молодого поколения белорусов достаточно высокий предпринимательский потенциал: 36,5% юношей и девушек хотели бы открыть свое дело, еще 17,5% — работать на частном предприятии».

Но хотеть открыть свое дело не значит мочь: заработать начальный капитал практически невозможно. А почти 20% желающих пойти к «частников» — это вполне закономерно. Только в них пока что сохраняются приличные зарплаты. Молодому человеку надо кушать, одеваться, где жить, создавать семью. В белорусских регионах сейчас $300 считается хорошей зарплатой, средняя — около $200, а снимать квартиру (не в Минске) стоит примерно 100 зеленых. Выжить на $100 в месяц, одновременно работая, вряд ли возможно… Потому что цены в столице Беларуси на те же продукты раза в полтора выше, чем в Киеве. В РБ уже не считается зазорным одеваться в секонд-хендах.

Эту ситуацию, в отличие от Киева, изменить нельзя. Молодые люди, которым сегодня 20-25 лет, не видели другого руководителя страны, кроме Лукашенко. Но в то же время все понимают, что у нас нет свободных и справедливых выборов. Этому их научили ректоры университетов и деканы факультетов, которые принудительно загоняли их на участки для голосования. Нет сменяемости власти и возможностей реализовать альтернативный курс развития страны. А значит, все останется как есть. Безнадега. Отсюда и массовый запрос молодежи на эмиграцию.

Наиболее податливы молодые люди вливаются в мейнстрим (и их не так уж и мало). Для этого есть Белорусский республиканский союз молодежи (БРСМ) — аналог советского комсомола, в народе прозванный «лукамолом». Как и комсомольцы, активисты БРСМ вряд ли верят в «государственную идеологию» и «государство для народа». Но организация дает определенные возможности студентам, например формирует стройотряды, где можно заработать что-то кроме стипендии, выезды в «патриотические лагеря» и тому подобное. А при определенной гибкости сознания и умение приспособиться можно выдвинуться в разряд потенциальных чиновников.

Правда, молодых людей, которые избрали этот путь, ждет нешуточное испытание: зарплаты белорусских чиновников низового звена не слишком отличаются от зарплат в стране. Но через пять лет можно получить класс государственного служащего, добавки, премии и так далее. Ну и, конечно, коррупция. Александр Лукашенко обещал искоренить ее еще в 1994-м, это было фишкой его первой избирательной программы. Впрочем, года не проходит без того, чтобы в Беларуси не возникало двух-трех громких коррупционных скандалов… Однако тот же БРСМ дает еще одну возможность — связи среди чиновников-однокурсников. Поэтому большинство «средних» бизнесменов в стране так или иначе ранее побывали в БРСМ.

Через безысходность и неверие в возможность изменения ситуации все меньше молодых людей приходит в системную оппозицию. По крайней мере сегодня нет таких мощных оппозиционных молодежных организаций, как «Молодой фронт», «Молодая громада» и других. Этому очень способствовала (и до сих пор способствует) государственная репрессивная машина. За участие в оппозиционном митинге (не говоря уже о его организации) можно запросто вылететь из университета.

И что там за участие в акции! Студенты третьего курса Брестского областного кадетского училища, которое расположено в деревне Ястрембель, в 17 км от Барановичей, надели под форму майки с белорусским национальным гербом «Пагоня» и так сфотографировались, разместив фото в «ВКонтакте». За это их чуть не выгнали из училища! При этом герб «Пагоня» хоть и считается «оппозиционным», но официально занесен в реестр нематериальных историко-культурных ценностей Республики Беларусь. Только своевременное вмешательство прессы и активистов, которые создали петицию в интернете на поддержку кадетов (и за выходной день собрали под ней 2 тыс. подписей — вот так!), заставило администрацию училища «откатить назад». Ребят просто лишили увольнения за «нестатутну форму одежды».

Если раньше студенты, которых было исключено, имели возможность продолжить обучение в Варшаве по программе имени Кастуся Каліновского (она финансировалась польским правительством), то теперь, во время улучшения отношений с Западом, ее практически закрыли, от нее остались только стипендиальные программы. Да и сама она нанесла большой удар оппозиционному движению. Те студенты, которые закончили обучение в Польше, естественно, не горели желанием возвращаться к депрессивной Беларуси, они без проблем нашли работу у соседей. Бытовала даже притча о том, что программа Каліновского — удобный способ для эмиграции (помните про 70%?). В результате оппозиция потеряла сотни, если не тысячи потенциальных активистов и лидеров демократического движения.

Практически то же произошло с Европейским гуманитарным университетом в Литве. Изгнанный из Беларуси, он заявлял о поддержке демократических студентов, но на самом деле превратился в обычный платный вуз, в котором за деньги может учиться кто угодно. Кстати, дети многих белорусских чиновников воспользовались такой возможностью.

Большинство молодых людей, которые не могут выехать из страны, но и не хотят быть репрессированными, фактически уходят в режим «внутренней эмиграции». Они не одобряют политику нынешней власти, поскольку видят, что творится вокруг и как сегодня сужаются их возможности. Они наблюдают за жизнью своих родителей, пенсия которых иногда не достигает и $100, но не идут в оппозицию, боясь потерять работу, сесть в тюрьму, пусть и на 15 суток. Вся их оппозиционность проявляется на кухнях, в интернете, в нелицеприятных комментариях в соцсетях. Чтобы зарабатывать больше, эти люди стремятся стать отличными профессионалами. Практически каждый из них уже знает (или учит) английский язык, к счастью, это сейчас доступно. Большинство предпочла бы пойти в программисты, самую популярную ныне отрасль работы в Беларуси, или хотя бы работать в ИТ‑сфере. Там зарплаты от $1 тыс. на такую сумму можно неплохо жить и в своей стране, несколько раз в год выезжая на курорты Анталии и раз в два месяца «отрываясь» в том же Вильнюсе. Конечно, не все надеются стать миллионерами, как Виктар Пракапєня, создатель империи World of Tanks. Но в душе много кто рассчитывает, что его «пробьет» на что-то вроде Viber или MSQRD и он отдаст собственные разработки какой-то крупной западной корпорации за хорошие деньги…

Впрочем, режим «внутренней эмиграции» выливается в совершенно удивительную вещь, которую вряд ли кто мог предположить. «Внутренне емігруючи», белорусы начали выражать свой протест по-другому. Государство пренебрежительно относится к белорусскому языку? Тогда мы будем изучать ее и будем разговаривать ней! Языка на улицах становится все больше. Государство игнорирует собственную культуру? Мы сами поддержим тех, кто нам нравится! «Бум вышиванок», одежды с национальным колоритом, популяризация белорусского орнамента («оппозиционного» бело-красно-белого флага, замечу, а орнамента) — все это результат, в частности, и «внутренней эмиграции». Раньше такие вещи продавались преимущественно через интернет, сейчас же их создатели разбогатели настолько, что открывают «нормальные» магазины в Минске. По крайней мере я знаю минимум три точки, где можно найти вещи с национальным духом. Государство не хочет выдавать белорусскую литературу? Мы сами профинансируем ее выпуск, благо неравнодушные белорусы создали краудфандингові площадки, такие как ulej.by и talaka.by. Я уже писал, что пятитомник собрания сочинений нобелевского лауреата и «оппозиционерки» Светланы Алексиевич увидел свет на белорусском языке именно таким образом — через сбор пожертвований.

Государство вынуждено на это реагировать. Сначала День вышиванки проводила инициатива «Арт-усадьба» («Арт-сядзіба»). Они организовали два такие дни с огромным успехом, их праздники посещали более 5 тыс. человек, после этого их идею… похитил БРСМ! На третьем Дне вышиванки ажиотажа не было. Во-первых, беересемівську копию проигнорировали производители национальной одежды, а во-вторых, туда просто не пришли люди. После этого праздник заглохло. Руководитель «Арт-усадьбы» Павел Бєлавус признал запад скомпрометированным и переключился на создание магазина белорусской одежды и аксессуаров Symbal.by (одного из первых, кстати, который вышел в офлайн). А БРСМ Днем вышиванки, учитывая провал своего проекта, больше не занимался. Это яркий пример того, как государство испортила хорошую вещь. Но одновременно «запрос на белорускость» заметили чиновники. И было инициировано «мягкую белорусизацию» — именно как ответ на «запрос снизу», об этом тоже недавно уже писалось.

В том, что сейчас между белорусской молодежью нет жесткой конфронтации по политическим вопросам, вероятно, есть свой плюс. Ведь их — и оппозицию, и БРСМ, и не такую уж и молчаливую, как выясняется, большинство — таки объединяет один фактор. Уже выросло поколение, которое не застало СССР. Эти люди по малолетству вряд ли помнят «лихие 90‑е» и все, что с ними связано. Они успешно пропустили хаос тех лет и является скорее поколением интернета и мобильной связи. Все они предпочитают жить своим умом и на своей земле. Они уже не видят себя в составе другой страны. Они от рождения росли в независимой Беларуси и другой жизни — в составе империи или России — не представляют.

Адепты «русского мира» в РБ и популярного ныне движения «настоящие», которые не признают развала Советского Союза, — люди скорее зрелого или пожилого возраста. День 7 ноября в Минске окончательно превратился в «праздник пенсионеров» (если на него, понятное дело, принудительно не сгоняют студентов). Молодежи другая страна не нужна (если речь не идет об эмиграции, конечно).

Кто знает, возможно, в будущем именно эта идея суверенитета и независимости страны — объединит белорусскую нацию? Говорят, Моисей не зря 40 лет водил свой народ по пустыне — ждал, пока умрет поколение рабов. В Беларуси прошла больше чем половина этого срока.

Share