Научить любить Родину

Навчити любити Батьківщину

Как в разных странах согласно реальных и потенциальных угроз формируют систему гражданской обороны и обучают граждан осознавать опасности

«Я так хотел бы, чтобы Россия віддрейфувала куда-то ближе к Австралии, — вздыхает Калев, житель Таллинна. — Но она рядом и никуда не исчезнет». Несмотря на членство в НАТО, маленькая Эстония — страна с населением 1,3 млн жителей — воспринимает соседство с Россией как перманентную угрозу. «Вдруг Кремль захочет проверить, как работает ст. 5 Устава НАТО, что обязывает членов Альянса защищать друг друга в случае агрессии? — предполагает Калев. — Мы для этого идеальная мишень. Российским танкам понадобился бы день, чтобы перейти Эстонию с востока на запад…».
Как и многие из его сограждан, Калев является членом эстонской системы самообороны «Кайтселийт». Она объединяет более 22 тыс. лиц и штабы в каждом уезде республики. «По сравнению с 6 тыс. членов регулярной профессиональной армии это много, — объясняет Неделе Вера Конык, председатель Конгресса украинцев Эстонии. — Отряды самообороны регулярно собираются на тренировки, имеют свои клубы, а также женские и подростковые структуры. На собрании участники учатся оказывать первую помощь, пользоваться оружием, тушить пожары, противостоять экологическим катастрофам… Можно сказать, что эти системы постоянно действующие. Вместе с вооруженными силами «Кайтселийт» входит в состав Сил обороны Эстонии».
Первые добровольческие отряды самообороны появились в этой стране во время Первой мировой войны как механизм сопротивления советской и немецкой оккупации. После провозглашения независимости 1918 года они вышли из подполья и сформировали «Кайтселийт» — сеть самозащиты, окончательно узаконенную 1920-го. «В период между двумя мировыми войнами каждый десятый эстонец был членом отряда самообороны, — отмечает Вера Конек. — СССР запретил «Кайтселийт», и сеть быстро возродилась сразу после восстановления независимости страны».
Несчастье — лучший учитель. По сравнению с другими странами ЕС маленькая Эстония больше всего тратит на нужды обороны: 2,2% рядом с 1,7% во Франции. Там, где эстонцы имеют четкие планы эвакуации на случай агрессии, доступные в каждом штабе «Кайтселійту», французы коллективно убеждены, что оборона государства является исключительно делом специалистов.
«Осознание опасности французами и эстонцами разное, — подчеркивает Мишель, бывший офицер французской армии. — Мы видим угрозу прежде всего в терроризме. Соответственно, общая гражданская оборона — это чисто символическая система однодневного призыва преимущественно молодых людей, которых учат немного оказывать первую помощь раненым, немного останавливать пожара. Все это решает задачи скорее общественного воспитания в широком смысле слова, чем подготовки людей к самозащите в условиях вероятной агрессии».
С тех пор как президент Ширак отменил всеобщую воинскую обязанность и внедрил профессиональную армию, престиж военной профессии во Франции повысился. Армию считают надежным, заботливым работодателем, что спасает от безработицы. Вне тем, школы практически не воспитывают в учащихся понимание того, что когда-то, возможно, страну придется защищать от нападающего. Преподавательский корпус голосует преимущественно за левых, о которых не скажешь, что они любят тему безопасности. Впрочем, людьми, которые не умеют защищаться и не хотят знать о угрозы, легко манипулировать. Их несложно втянуть в коллективной истерики, что доказали бунты «желтых жилетов», но трудно научить ответственности за себя.
Совсем иначе это дело организовано в англо-саксонских странах. «Вы не можете вторгнуться к материковой части Соединенных Штатов, — учил японский адмирал Исороку Ямамото своих подчиненных во время Второй мировой войны. — За каждой травинкою вас ждет ружье». Территориальная оборона в США — это система постоянных воинских формирований в каждом штате, объединенных в сеть под названием Национальная гвардия. «Они имеют авиацию и танки и являются основой армии США, вне наличием отдельных Военно-морских, Воздушных, Космических и Кибернетических сил, Корпуса морской пехоты, войсковой разведки и тому подобное, — пояснил Неделе Виктор Коваленко, студент американского бизнес-колледжа. — Американская Нацгвардия — это территориальные армии в каждом штате, подчинены губернатору. Они при необходимости также привлекаются к военным действиям. Америка исторически не ведет войн на своей территории, поэтому Нацгвардия выполняет задачу защиты национальных интересов» за рубежом (Сирия, Ирак, бывшая Югославия, тренировки украинцев в Украине, грузин в Грузии и так далее). Но некоторые губернаторы Калифорнии и Нью-Мексико — согласно собственных полномочий отозвали большинство подразделений своей Нацгвардии от границы с Мексикой, куда их направил президент Трамп, чтобы сдерживать поток нелегальных мигрантов».
В США нет всеобщей воинской обязанности. «Акцент делается на добровольной службе, которая мотивируется адекватной и стабильной зарплатой, бесплатным медобслуживанием воинов и членов их семей, беспроцентным кредитом на жилье и имущество, высокой пенсией, — пояснил Виктор. — Правда, все молодые мужчины должны зарегистрироваться в реестре военнообязанных и при необходимости (горячие специальности: водители, техники, инженеры, врачи, медбратья, разведчики и тому подобное) могут быть вызваны в войска на Selective Service на определенный срок. Что-то вроде «частичной мобилизации», как было в Украине в 2014-2015 годах. Однако «отмазаться» от военкома в США невозможно: поймают на взятке и посадят за решетку, а жизнь взяточника будет навсегда загубленной, потому что на нормальную работу больше не возьмут». Зато в школах и в гражданских колледжах уроков военной подготовки нет. Они есть в отдельных военных академиях (уровня колледжей и университетов).
«Исторически в США очень развито чувство патриотизма и любви к Родине, — рассказал также Виктор Коваленко. — Здесь принято везде вывешивать флаги, носить патриотическую символику, петь гимн и произносить клятву перед флагом в начале школьного дня или спортивного соревнования. Это все способствует осознанию, что Родину в случае необходимости надо защищать. Правда, последние два десятка лет Америку захватила разрушительная волна левацкого либерализма, когда в школах и колледжах (под давлением политиков или ангажированных родителей) отменяют клятву перед флагом, отказываются от исполнения гимна перед спортивным соревнованием… Но, несмотря на модные политические волны, в большей части Америки все эти патриотические традиции остаются сильными. Элементы военного воспитания (выживание в экстремальных условиях, ориентирование на местности, первая медицинская помощь и тому подобное) школьников в летних лагерях американских скаутов (аналог украинского «Пласта» или СУММ)».
В Великобритании, как показывает украинский журналист из Лондона Богдан Цюпин, культ армии остается высоким, а государство сохраняет позиции одного из крупнейших военных мощностей мира. «Репутация войска несколько поколеблена во время военной кампании в Ираке, когда произошли самые мощные антивоенные демонстрации, — вспоминает Богдан. — Но в целом тема безопасности и обороны активно освещается в СМИ. Когда кто-то из участников британских миротворческих контингентов погибает за рубежом, об этом рассказывают в топ-новостях, погибших называют поименно, соответственно угрозы и необходимости реагирования на них постоянно артикулируются в информационном пространстве. Это не что-то абстрактное. Параллельно с общем милитаризированной сознанием в стране есть активный пацифистский движение, собирает миллионные демонстрации».
Разные государства, разная история, разные подходы к обучению самозащиты на случай агрессии. Там, где опыт и традиция приучили граждан к активной позиции, наработана соответствующая законодательная база и есть здоровые общественные навыки коллективного сознания. В патерналистских обществах зато по факту поощряется инфантилизация населения. И если в экономически успешных государствах, например, Франции, профессионализм армии и спецслужб уравновешивает общую отстраненность граждан от политики и проблематики, то в странах без прочной государственной традиции, как Украина, Молдова, Грузия, такая общественная обморок смертельно опасна. Осознать угрозы и предложить решение является первым прямым долгом и политиков таких государств и гражданского общества.

Share