Герой Украины Владимир Жемчугов: «Оккупанты не могли понять, как это я, местный житель с русской фамилией, пошел против России»

Как известно, на неподконтрольных Украине территориях Донецкой и Луганской областей как реакция на вооруженную агрессию Российской Федерации набирает обороты движение сопротивления.

 

Одним из теперь уже известных партизан был уроженец города Красный Луч, что на Луганщине, Владимир Жемчугов.

 

В период с декабря 2014-го по сентябрь 2015 года он провел немало спецопераций по уничтожению военных объектов врага.

 

Возвращаясь поздно вечером после выполнения одного из заданий, мужчина подорвался на мине, с тяжелыми ранениями попал в плен и вернулся в Украину только через год — без рук и почти слепым.

 

2017 года за личное мужество и героизм, несокрушимость духа, самоотверженное служение украинскому народу удостоен звания Героя Украины.

Теперь 48-летний Владимир Жемчугов встречается со многими людьми и рассказывает о пережитом, чтобы мы знали правду о событиях на Донбассе, развенчивает кремлевский миф о том, что там нет российских военных.

Побывал он и на Полтавщине — так мне удалось услышать эту трогательную историю из первых уст.

«Защищал свой дом, а оказалось — что всю Украину»

— В 60-е годы прошлого века мой отец приехал строить Донбасс из России, а мать — из Белоруссии. Они создали семью — так я появился на свет. До срочной службы в армии работал шахтером. Отслужив, снова вернулся на шахту. В 90-е годы начались сложные времена — перестали платить зарплату. На ту пору я учился в горно-металлургическом вузе, имел жену и дочь. А поскольку денег на жизнь не хватало, вынужден был сменить профессию — подался в коммерческие структуры. Начав с рядового менеджера, вырос до директора завода, а затем стал региональным менеджером успешной международной компании, — рассказывает о своей довоенной жизни Владимир.

— Поскольку я вырос на Донбассе, то могу заверить, что там никогда не было каких-либо межнациональных противоречий. Все началось после Оранжевой революции. Она победила в Украине, однако не на Донбассе. Потому Донецкую область отдали на откуп Ринату Ахметову, а Луганске — Александру Ефремову. И местное руководство сделало все для того, чтобы Донбасс стал депрессивной территорией, а люди полностью потеряли веру во власть.

Луганщина вообще стала этаким «медвежьим углом». Однако даже при таких условиях я очень много работал, благодаря чему стал богатым. До 2014 года имел свою фирму в Грузии, а в Красном Луче, как и раньше, жили моя мать, сестра, другая родня, и мы время от времени их посещали. Приехав в родной город 2014 года, на перекрестке автодорог Харьков — Ростов и Луганск — Донецк увидел баррикады и подошел туда, потому что мне было интересно, кто же там стоит.

Как вы, наверное, знаете, во многих населенных пунктах существует такая «биржа труда», где собираются местные алкоголики и тунеядцы. Они могут вскопать вам грядку или вывезти мусор и таким образом заработать себе на выпивку. Так вот, на баррикадах как раз и увидел таких людей. Поинтересовался, чего они здесь собрались.

Те в ответ: «Мы здесь работаем. Городской голова Марина Филиппова конце дня привозит нам еду, дает деньги на сигареты и водку. Поэтому все о’кей». На ту пору русские уже захватили Крым. И мы все еще думали: какая война? На дворе же XXI век!

По словам Владимира Жемчугова, он попытался поднять общину. Зная на Луганщине многих руководителей, предпринимателей, съездил до Краснодона, Ровеньков, Антрацита, Снежного, Луганска, чтобы заручиться их поддержкой.

— Однако было уже поздно, — вздыхает. — Весной 2014-го моих товарищей, единомышленников начали находить со связанными скотчем руками и простреленной головой. То есть спецслужбы России уже работали на Донбассе в полную силу. И то, что произошло дальше, было операцией ФСБ Российской Федерации. В мае до Антрацита прибыл генерал армии казачьих войск Николай Козицын с российскими военными (не каждую ночь туда же приезжали по 5-6 «Камазов» с оружием). Они брали один населенный пункт за другим, пугая местных, что вот скоро из Киева нагрянут «бандеровцы» и всех уничтожат.

А затем организовывали местные ячейки казачества, щедро раздавая оружие этим алкоголикам и дармоїдам, которые стояли на блокпостах.

Еще совсем недавно последние под магазином клянчили гривну на пиво, чтобы опохмелиться. А теперь разъезжали на джипах с автоматами, полными карманами денег и ящиками водки в багажниках.

Вот с этого и началась так называемая «гражданская» война. Местные вооруженные казачки грабили банкоматы, банки, а также предпринимателей, руководителей, которые имели проукраинскую позицию (заранее были составлены «черные» списки). Набеги, как правило, осуществляли ночью, прибегали к пыткам, а утром привозили своих жертв к нотариусу, и те, мгновенно став сговорчивее, подписывали дарственные на квартиры, дома, автомобили, фирмы, а потом вообще бесследно исчезали…

Тогда, в 2014 году, я не думал о какой-то героизм — просто решил защищать свой дом, а оказалось: защищал всю Украину. До войны на Донбассе, которая кардинально изменила мою жизнь, я поездил по миру.

Неоднократно бывая и в Российской Федерации, видел, что Россия — это Москва, Санкт-Петербург, Новороссийск, Нижний Новгород и еще несколько городов. На большинстве же территории — полный упадок, просто какое-то средневековье. Поэтому, будучи этническим русским, никогда не хотел жить в России.

Владимиру удалось создать партизанский отряд из таких же, как сам патриотов. Вооружил его за свой счет (деньги привозил со своей фирмы из Грузии) — местные, получив оружие, сразу же начали ею торговать.

— Украинская армия появилась у нас в конце августа, — продолжает свой рассказ выходец из Луганщины. — Эти казачки, увидев, что к городу подошли украинские танки, все побросали и убежали. Помню, один день в городе не было даже той бандитской власти. А потом ночью пришли уже чеченские батальоны, рязанская и тамбовская десантные дивизии, колонны танков, Бтров. Прибывшие имели в своем распоряжении артиллерию, «Грады»…

Когда появились российские военнослужащие, большинство местных испугались и сдались. Многие тогда говорил: Россия — это такой поезд, который нас переедет, плевать против ветра опасно. И вы знаете, как жестоко расправились с депутатом Горловского городского совета Владимиром Рыбаком, который поддержал украинскую власть. На окраинах Красного Луча начались бои с Житомирской аэромобильной бригадой.

Наша армия была никакой, хоть ребята мужественно боролись. Жесточайшее вели себя «кадыровцы»: любили фотографироваться на фоне разбитой украинской техники и убитых солдат. На ту пору в городе уже ввели комендантский час — если кто-то попадался в запрещенное время суток, забирали в комендатуру и били. И мы все равно выходили ночью на места боев и, не имея возможности хоронить наших погибших воинов, просто закапывали, чтобы их тел не растерзали дикие животные.

«Я упорно повторял, что хочу жить, как в Европе, а не как в России»

Взяв в руки оружие, Владимир Жемчугов воевал в тылу врага. Среди проводимых с его участием спецопераций — повреждение участков железнодорожной колеи, что использовались противником для транспортировки оружия, военной техники и боеприпасов с территории России к временно оккупированных районов Донецкой и Луганской областей, вывод из строя линий электропередач, газораспределительных станций и трансформаторной подстанции, уничтожение военной техники незаконных вооруженных формирований и тому подобное.

— Однажды я заминировал линию электропередач на военном аэродроме в Луганске — именно тогда Россия готовилась перебросить на нашу территорию авиацию, и украинская армия попросила нас помешать этому, — вспоминает патриот. — К сожалению, я допустил ошибку: возвращаясь другим путем, зашел на минное поле и, наступив на растяжку, взорвалась. Истекая кровью, дополз до автодороги Краснодон — Луганск, по которой российские солдаты ночью возили боеприпасы.

Они меня подобрали и доставили в больницу, где мне ампутировали руки, потому что началась гангрена, сделали операции на животе и голове. Целый год я провел в плену. Тяжелораненых пленных россияне отдавали сразу, а меня не хотели. Оккупанты не могли понять, как это я, местный житель с русской фамилией, пошел против России, так сказать, предал русских. Мне сказали: если хочу выжить, должен стать на колени перед телекамерой и попросить прощения, заявить, что не по своей воле воевал за Украину, а меня подкупили или заставили.

Я ответил, что уже утратил здоровье (на ту пору был не только безруким, но и слепым) и не хочу потерять еще и свое честное имя. Меня бросили в луганскую тюрьму — в одну камеру с уголовниками. Ежемесячно допрашивали «ФСБшники», интересовались, я не передумал, описывали радужные перспективы в случае, если соглашусь на телесюжет по их сценарию: обещали, что в Москве сделают операцию на глазах, закажут протезы, назначат приличную пенсию, выделят квартиру и тому подобное. Я упорно повторял, что хочу жить, как в Европе, а не как в России.

17 сентября 2016 года Владимир Жемчугов был освобожден из плена. Многие кто был тогда шокирован, увидев, с какими ранениями человека держали в тюрьме. После этого Владимир лечился в Украине, потом в Германии и сейчас, по его словам, чувствует себя удовлетворительно.

— Очень хорошо, что до вас не дошла война. Однако она не так далеко. Об этом не надо забывать, — замечает он. — Я общаюсь со многими людьми в «Фейсбуке». Беру протезом ручку и таким образом набираю текст. К сожалению, не могу воевать с Россией физически, поэтому буду вести с ним идеологическую войну и буду выступать за европейский путь развития Украины. Продолжаю общаться и с луганчанами.

Один мой знакомый, который в 2014-м поддерживал Россию и даже воевал за нее, уже, разочаровавшись, ушел из армии. Спрашиваю у него: ну что, «навоевался»? В ответ он возмущается: «Как нас «кинули»! Всем заправляют россияне, до местных никто не прислушивается». Еще когда я находился в луганской тюрьме, охранники мне поведали, что там сидят около 400 так называемых предателей «ЛНВ» — тех, кто что-то не так сказал, выразил недовольство режимом. По последним данным, так называемых политзаключенных в той тюрьме уже почти тысяча. То есть волна недовольства растет.

По словам Владимира, когда его освободили, он долгое время вынашивал мысль о том, что вот уедет за границу и расскажет там, что в Украине продолжается не гражданская война, что он, коренной луганчанин, вынужден был защищать свою землю, на которую пришли русские солдаты.

— Я дважды выступал в ПАСЕ в Страсбурге, а также в Европарламенте в Брюсселе, дважды — в канцелярии Ангелы Меркель, в бундестаге, дважды — в министерстве иностранных дел в Берлине, в Конгрессе США в Вашингтоне… И пришел к выводу, что с Российской Федерацией, к сожалению, никто не хочет связываться. Европе очень выгодно покупать российские нефть и газ, а поэтому с Россией никто не будет воевать.

В разговоре со мной европейцы цинично заявляли: на востоке Украины, мол, погибли всего 10 тысяч человек, вот в Косово положили головы 25 тысяч — вот это конфликт! Представляете, как мыслят эти люди. Они говорят: надо подождать 10-15 лет, как только мы, мол, перестанем покупать у России энергоресурсы, с ней произойдет то же самое, что и с Советским Союзом, — Московия вернется до своих первоначальных границ. Такой план Евросоюза, и думаю, он вполне реальный, — заключает Герой Украины.

Share