Чьи сыновья, которых родителей: почему испокон веков выживает родной язык и мало знаем историю

Вадим Пепа на презентации своей книги (Фото с сайта slovoprosvity.org)

«Язык родной, Слово родное, Кто вас забывает, Тот в груди не сердце, А лишь камень имеет». Если бы каждый украинский ребенок с малых лет запоминала душевный стих буковинского просветителя Сидора Воробкевича. Написано в XIX веке. в чужой многонациональной Австро-Венгерской империи. К сожалению, украинский язык и теперь угрозе не меньше, чем когда-либо ранее. И в наше время представители высшей власти демонстративно презирают язык нации, которая испокон веков живет-выживает на том пространстве, где до сих пор этнические украинские земли. Изначально ни от кого не отнято, не завоевано, не захвачен, а дарованное высшими небесными силами или господом Богом от «сотворения мира», как заявлено в Библии о сынах Израиля.

Случилось так, что занесен из Болгарии солунский диалект затормозил естественное развитие языка украинских предков. Письменность на старославянском, от которой церковнославянский наглухо отделила правящую прослойку от коренного населения. И это не могло негативно не сказаться на дальнейшем вікуванні украинских предков.

От Мезинской культуры

Недавно в Доме писателей НСПУ состоялась презентация моей только что изданной книги «наедине с вечностью». По моему убеждению, речь дается этноса с появлением первых родов на белом свете, так же, как и почти всему живому в той части природы, которая — фауна. С тех пор язык не заменяется, как виповзини змеев каждую весну, а развивается и обогащается. Или, в худшем случае, уничтожается супостатами, как было и продолжается с украинской…

Вопреки не то что злым, а крайне зловорожим обстоятельствам, украинская речь сохранилась как одна из богатейших и наиболее развитых на планете. В настоящее время готовится словарь на каких-то 300 тысяч слов. Но, поверьте, он не впитывает всего многообразия диалектизмов, видоизменений удивительного языкового богатства. Скажем, первый попавшийся опытный сборщик целебного зелья назовет столько прозвищ трав, что такого не найти ни в одном словаре. Хотя бы и для мака бесконечная череда наименований. А тысячелистник и всевозможные чарующие кукушкины башмачки?

Все то — показания немереных тысячелетий бытия родов, племен, единокровные и близькомовні или, по большому счету, одноязычные, из которых в конце концов объединились, чтобы в VIII века. новой эры заявить себя на международной арене на все грядущие века: никуда не делся украинский народ. Вопреки страшным лихолетьем и напастям в прошлом он является одним из крупнейших европейских. Более того. На международных форумах украинский язык признавалась одной из самых богатых в мире и второй по милозвучности после итальянского.

Вот и судімо, насколько же отвратительные и жестокие скавчание недоброжелателей о украинский язык, как телячью или еще какую-то неполноценную.

В 1907 г. казацкого рода ученый Федор Вовк, рожденный в селе Крячковка близ Пирятина на Полтавщине, начал исследования, как написано в изданном в 1966 г. в Киеве «Словаре-справочнике археологии» поселение «средней поры верхнего палеолита, расположен в бассейне Десны около села Мизин Черниговской обл. Долговременные поселения охотников на мамонта, лошади, носорога, северного оленя, которые существовали во времена прильодовиків’я с резко выраженным континентальным климатом».

За годы настойчивых поисков «выделено пять хозяйственно-бытовых комплексов». За каркас служили массивные кости мамонта. Все то накривалося шкурами крупных млекопитающих. Поблизости обнаружены ямы-хранилища и следы от костров. Среди изделий из кремня — всевозможные резцы, скребки, пластины с выемками, острия, проколки, долотообразные орудия. Еще больше рукотворного с костей всяческих зверей: иглы с ушком, наконечники дротиков, молотки из рога северного оленя, обломок крючка для рыбалки и еще странность, которую исследователи назвали — «жезл начальника».

Все только поданное предназначалось для примитивного хозяйствования. Казалось бы, полудикое существование. Но нет же. Хочешь не хочешь, а поражают найдены украшения: подвески из бивня мамонта, бусины-подвески, браслеты из пластин, срезанных с бивней мамонтов и с нанесенным меандровым орнаментом, немало схематических статуэток, также приоздоблених орнаментом, но геометрическим и нанесенным красной охрой. Классификация тех орнаментов от специалистов — елочный, шевронний, углами… в Дальнейшем все то отзывается в ткачестве, вышивке, на рукавах и пазухах женской одежды на манишках мужских рубашек, на полотенцах, в кружевах…

Вероятно, научное познание должно признать, что человек происходит из Африки или какой-либо другой конкретной местности, а появилась благоприятного периода на разных территориях планеты. Земной шар с многими пригодными для этого оазисами — колыбель человечества, а не какой-то отдельный анклав. Только при этом необходимо опереться на «чистый разум», а не на ослепление клерикальне или политическое.

А еще почему бы не довериться разве не прозірливому соображению гениальной Леси Украинки: «Люди и поколения — это только кольца в цепи большой вселенской жизни, а то цепь порваться не может». Но это подводит к тому, что знаменитая на весь мир Мезинская археологическая культура — рукотворное чудо украинских предков. Согласиться же с этим многим все еще не дано. Против закостенелой предвзятости объективное бессильно. Пока что.

Такие же как и в Мизине то в Мезине, так же оба названия в обиходе, следы охотников на мамонтов открыл 1893 г. чех Викентий Хвойка на улице Кирилловской в Киеве. За каких более ста лет исследований Мезинской археологической культуры определен ее возраст: где-ХХІV—XIV тысячелетия до н. е. Она охватывала бассейны всех рек на исконных этнических украинских землях — Десны, Сейма, Днепра, Южного и Западного Буга, Днестра, Дуная, воспетого в украинской народнопоетичній творчества с таким высоким вдохновением, как никогда, нигде и никем больше.

Родная матушка земля нет-нет да и удивляет уникальными артефактами. В Мезине исследователи догадались, что не случайно, а умышленно древние охотники собрали воедино набор небольших костей мамонта и нанесли на них различные насечки. Вместе со знатоками музыки археологи пришли к выводу, что то — «ударные музыкальные инструменты». В подтверждение нашелся еще и расческа с вырезанной на широкой части кости танцовщицей, а в нее — хоть стой хоть падай! — «шумовой браслет» на запястье поднятой вверх руки.

Случился и подобный браслет с гравировкой. По какой «технологии» срезали из бивня мамонта и сгибали шесть тонких пластин, разгадать не удается. Остается прислушиваться к бряжчання и сравнивать его со звучанием кастаньет. Главным же является то, что научный мир признал открытие: человек чувствовала и умела воспроизводить ритмы гораздо раньше, чем до тех пор считалось. Это вписано во все отечественные и зарубежные энциклопедии именно за побуждением от Мезинской археологической культуры. Научным языком это — «единственное свидетельство о наличии танцев в палеолитических культуре Восточной Европы».

Трипольская цивилизация i пророчества Шевченко

Достижения Мезинской археологической культуры переняла ее преемница — Трипольская археологическая культура, которую не грех назвать Трипольской цивилизацией. Современное познание ценит открытие следов человеческой деятельности на земле, которая в границах независимого Украинского государства. Разве что до сих пор никак не примет на веру, что-то древнее на исконных этнических украинских землях является материальными и духовными достижениями не кого-то другого, а именно далеких предков украинского народа.

Семь тысяч лет назад украинские предки принялись скородити землю и сеять рожь и всякую пашницу. Бессмертные колядки и щедривки доносят до современности правдивые картинки с расцвета Трипольской цивилизации. Согласитесь: куда же еще яснее? Именно об этом должны были бы узнавать старшеклассники и учащиеся и студенты средних специальных и высших учебных заведений из учебников и пособий. Впрочем призывы к этому — голоса вопиющих в пустыне. Все еще сказывается народнопісенне: «а уже лет триста, как казак в неволе, тошнит белым миром, проклинает судьбу»…

Моим однокурсником на факультете журналистики Киевского государственного университета был доброй памяти Василий Захарченко. Меня на четвертом курсе исключили с «волчьим билетом» и мобилизовали на действительную военную службу на полигоне в пресловутом Тоцком, где тремя годами ранее испытывали на открытой местности атомную бомбу. Василию позже кремлевские заправилы чуть не укоротили возраста, упрятав на пять лет в концлагерь на севере Пермской области. Это при том, что в многонациональной европейской империи небратніх народов Сидора Воробкевича 1902 г. был награжден за просветительскую деятельность рыцарским крестом Франца-Иосифа…

Сжалилась Судьба, мы оба выжили. Василий Захарченко после скитаний удостоен Шевченковской премии. В рецензии на мою книгу «Перед глазами истины» (Киев, из-во «Украинский приоритет», 2015 г.) правдолюбец подчеркнул: «Щедривка. Какой миролюбием, человеколюбием, совестно-жертвенностью трудолюбивых земледельцев, хлеборобов дышит на нас из седых праукраинских правіків это слово… Это было в натуре украинца, сидело в его генах, эта возвышенная щедрость божистого слова-пения, прославление плодородной родной земли и всего, что она давала их трудолюбивым рукам…

Колядки и щедривки — это явление чисто украинское. Нет их ни у кого из христиан других государств. Они из года в год, веками звучат только в Украине».

Заявленное подвижником усиливает мою веру в то, что бессмертная народнопоетична творчество — святое писание украинского народа. Разве что отмечаю: тысячелетиями «звучат только в Украине».

В начале декабря 1845 года Тарасу Шевченко после скитаний по чужим краям выпала возможность прикоснуться душой и сердцем к заветной Украины. С жгучей болью осмысливает ее скорби. В селе Вьюнище неподалеку Переяслава в гостросатиричному произведении «И мертвым, и живым, и нерожденным землякам моим в Украйне и не в Украйні моє дружнєє посланіє» клеймит супостатов, которые «Людей запрягают В тяжелые ига. Пашут бедствие, Бедствием засевают…»

Увиденное и услышанное на родной земле от порабощенных жжет, как огонь. Возмущает шум и крик тех из образованной братии, которые захлебываются, самозвеличуючись: «У нас воля вырастала, Днепром умивалась, В головы горы слала, Степью укривалась». Преданный родному народу поэт остужает пустозвонам:

Кровью она умивалась,

А спала на кучах,

На казацких вольных трупам,

Обворованых трупам!

Посмотрите только хорошо,

Прочитайте снова

Тую славу. И читайте

Од слова до слова,

Не пропустите ни точки,

Ниже тии запятой,

Все разберите… да и спросите

Тойді себя: что мы?

Чьи сыновья? Каких родителей?

Кем? За что закованные?

И какие же ответы на поставленные вопросы? Они — в «Кобзаре». Во всем, написанном гениальным поэтом и нарисованном выдающимся художником. И даже мудрому сыну своего народа понадобилось не одно десятилетие, чтобы указать на главное, судьбоносное. Оно — в зачині поэзии «Саул». Собственной рукой написано, когда написано: 13 октября [1860, С.-Петербург].

А когда же слишком тонкий слой украинской элиты осмыслит реченное?

В непробудимому Китае,

В Египте темном, у нас

И более Индом и Евфратом

Свои ягнята и телята

На поле вольнім вольно пас

Чабан был в своем раю.

Понятия-гадоньки не имеет,

Пасет, стрижет и ухаживает

Свой скот и поет.

«У нас» — так же, как в Китае, Египте и более Индом и Евфратом, пастух с гирлигою, которая стала скипетром монархической власти и посохом церковных иерархов, пас ягнята и телята задолго до того, как семь тысяч лет назад взялся за пахоту-сеяние, чтобы золотое собирать хлеб. При том поет. Поэтому и не удивляйтесь, что фольклористам до сих пор не удается определить, сколько же сотен тысяч народных песен — двести, триста или больше, когда учитывать бесчисленные вариации.

Пора, пора взять на веру, что украинский народ наследует духовные достижения неразрывных тысячелетий Мезинской археологической культуры и Трипольской цивилизации. Ведь память о те тысячелетия переданная от предков — родных и дорогих.

Вадим ПЕПА, писатель

Share